Антиглобалисты – «миф в себе»

novosti_antiglobalist6

Эпиграф: «Завтра будущее будет лучше»

Джордж Буш – младший

В современной мировой политике мало найдется столь малоисследованных и неизученных социальных явлений, как движение антиглобалистов. Это тем более удивительно, что оно является, по сути, беспрецедентно открытым движением, играющим на поле предельно публичной политики и не имеющим каналов реализации власти, за исключением опять же предельно открытого воздействия на формирование общественного мнения. В России ситуация с изучением антиглобалистского движения еще более печальна, по сути, у нас нет ни одной сколько-нибудь серьезной научной работы, посвященной антиглобалистскому движению. Мы постараемся в минимальной степени восполнить этот пробел, осознавая и отдавая себе отчет в том, что время для сугубо «академического» исследования антиглобалистского движения еще не пришло.

Рассуждая о сути антиглобалистского движения, его истории и перспективах, мы обязаны уделить значительное внимание сути самого термина «антиглобализм». Очевидно, что сегодня слово «антиглобализм» превратился в своего рода зонтичный бренд, термин, навязанный нам средствами массовой информации, бренд, под которым сосуществуют и развиваются разнонаправленные, подчас противоположенные движения и идеологии.[1] Попытки найти единый субъект антиглобализма, его единый координирующийся центр, как и ответить на вопрос о финансировании движения, как представляется, заранее обречены на неуспех, и, более того, автоматически указывают на невысокий профессионализм исследователя, не знакомого с новейшей историей социальных движений в США и Западной Европе, а также логикой развития сетевых организаций. Мифологизация движения, нетрадиционные, сетевые способы организации - все это привело к странному, хотя отчасти и закономерному положению в российской науке, когда под «антиглобалистами» понимаются  одновременно банкиры и вино-водочные бизнесмены в Нижнем Новгороде, Коммунистическая партия Российской Федерации, правящая партия в Бразилии и полицейские провокаторы из «Black Block» в Генуе. Сам феномен антиглобализма как именно зонтичного бренда будет подробно рассмотрен ниже, мы же для операционализации термина предложим схему определения антиглобализма как общественного движения.[2]

В предельно упрощенном виде можно представить три зоны, в которых работает понятие «антиглобалисты» как общественное движение.

Центральная зона, которую мы предлагаем в дальнейшем именовать собственно «антиглобалистами», и которая составляет ядро движения, квинтэссенцию бренда антиглобализма («тип 1» на схеме), состоит из организаций, которые одновременно отвечают двум принципиальным критериям:

1. участие в «зеркальных» акциях, связанных с проведением крупнейших международных саммитов и конференций;

2. наличие в программных документах и общественных заявлениях требований, направленных на борьбу с неолиберализмом.

При использовании таких критериев число организаций, могущих считаться собственно «антиглобалистскими», четко сужается до организаций, фактически участвующих в формировании общественного мнения во время и по поводу решений международных организаций. Дополнительным критерием определения «ядра» может быть фактор времени: подавляющая часть ядра антиглобалистских организаций появилась после 1997 года, часто в результате серии акций или кампаний в средствах масс-медиа (Attac, Indymedia, Ya Basta, Direct Action Network, No Logo). Все выделенные нами критерии работают по отношению ко всем наиболее упоминаемым в прессе организациям. Мы можем считать выделенные критерии работающими и адекватными, тем более что именно общественное мнение и борьба за его формирование является приоритетным направлением деятельности антиглобалистов.

Ближний круг, ближайший к ядру, состоит из организаций, которые могут не участвовать в протестных акциях (или участвовать на нерегулярной основе), но признаются ядром движения антиглобалистскими («тип 2» на схеме). Чаще всего речь идет о профсоюзах, религиозных организациях, организациях в странах третьего мира и экологических организациях.

Внешний круг состоит из организаций, которые называют себя антиглобалистскими, но ядром движения таковыми не признаются («тип 3» на схеме). Чаще всего такие организации заявляют о своей борьбе с неолиберализмом или его проявлениями, однако по тем или иным причинам не включены в информационную сеть антиглобалистского движения, и не участвуют в его акциях. Среди таких организаций наиболее велико число террористических организаций, которые часто провозглашают схожие цели, но действуют неприемлемыми для ядра антиглобалистского движения методами. Сюда же можно отнести организации религиозно-фундаменталистского, патриотического и националистического толка, которые представляют т.н. «консервативистский антиглобализм».

Теоретически может быть выделен следующий круг организаций, которые называются в прессе или в научной литературе антиглобалистскими, однако себя таковыми не считают. Такое выделение базируется на представлении о существовании объективного и доказуемого процесса глобализации, по отношению к которому можно также объективно выделить концепт антиглобализма, и, соответственно, определять принадлежность тех или иных организаций. Такая схема представляется нам надуманной и неработоспособной, тем более что она базируется на слишком широких допущениях.

Визуально схема может быть представлена следующим образом:

 

 

На сегодня антиглобализм состоялся как социальное движение. Основной вопрос состоит в том, сможет ли он стать политической силой. В этой статье мы рассмотрим основные этапы рождения и эволюции антиглобализма. Будем надеяться, что это поможет нам лучше понять его перспективы.

Рождение антиглобализма: предыстории.

У многоцветного, многоголосного и многоликого движения, каким, безусловно, является антиглобализм, не так уж много выявленных исторических корней. Возможно, дело в многократно отмеченной нами мифологичности движения, возможно, антиглобалистское движение действительно уникально и не может быть соотнесено с социальными движениями прошлого. В пользу последнего предположения говорит тесная диалектичная связь антиглобализма и развития информационных технологий, в частности, интернета, с распространением которого часто связывают окончательную победу глобализации. Исторических аналогов распространения интернета и появления киберпространства действительно не существует. Однако у любого мифа, а мы рассматриваем антиглобалистское движение не только как реальный социальный процесс, но и как миф и бренд, всегда существуют исторические корни. Другое дело, что в мире победившего постмодерна[3] эволюционирует не только сам миф, но и его «исторические» корни, так что наше внимание к данному сюжету в любом случае оправдано. Перечисляя в хронологическом порядке, к предысториям антиглобализма относятся:

  • утопический коммунизм как вера в возможность построения идеального общества («к гармоничному и справедливому миру»);

  • луддизм как движение против механизации производства и за сохранение рабочих мест («против негуманного прогресса»);

  • анархизм как движение против государственной власти в любом проявлении («за императив прав человека»);

  • марксизм как идеология борьбы с эксплуатацией человека человеком («против рыночного фундаментализма»);

  • хиппизм (пацифизм) как движение против войны и социальных институтов, за свободу творчества и саморазрушения («нет войне, свободу воображению»);

  • постмодернизм как философия отрицания метанарративов и симуляции действительности («…»).

В разное время в истории антиглобализма могут выдвигаться разные исторические связки, в той или иной мере присутствующие в движении. Так, в философском смысле можно сказать, что антиглобализм отрицает цинизм классического постмодерна, являясь, по сути, романтическим представлением о способности рядового человека изменить окружающий мир путем простых действий на улице, в повседневной жизни или в интернете.

В поколенческом смысле, учитывая социальный состав участников первых антиглобалистских акций в Сиэтле и Праге, можно сказать, что это был бунт против системы, созданной архитекторами мира транснациональных корпораций и финансовых рынков - поколением 1968 года. Именно 1968 год и студенческие выступления в США, Франции и Германии могут быть с полным основанием названы предтечей антиглобалистского движения, а первые антиглобалисты – сытыми детьми богатых родителей, возненавидевшие, по выражению С. Ильина, «скучный капитализм».[4] В дальнейшем все оказывается не так просто.

Рождение антиглобализма: три даты.

1997. Символическое рождение.

«В стриптиз-баре глобализации государство уже разделось почти донага, оставив при себе лишь последнюю, необходимейшую свою функцию - функцию подавления. В условиях, когда его материальная база разрушена, суверенитет и независимость аннулированы, а политическое лицо стерто, национальное государство превращается просто в службу безопасности при мегакорпорациях.» Хлесткие цитаты из статьи в Le Monde diplomatique в 1997 году означали выход на мировую идеологическую сцену «мифического и легендарного» субкомманданте Маркоса – лидера крестьянского восстания сапатистов (Zapatists) в мексиканском штате Чьяпас. Восстание началось в 1994 году, на следующий день после подписания договора по НАФТА, означавшего резкое изменение правил игры в Мексике, и самого начала отличалось определенным флером интеллектуальности. Сапатисты смогли выдержать натиск правительственных войск и создать на территории штата, а также нескольких прилегающих территориях систему крестьянского самоуправления.[5] Отличительной особенностью восстания стали тесные международные связи крестьянского движения как с левыми организациями Центральной и Латинской Америки, так и с левыми европейскими организациями. Летом 1996 года в Лакадонском лесу – резиденции Маркоса – прошла первая международная встреча представителей левых организаций, договорившихся о координации своих действий. По подсчетам самих участников, в ней участвовало более 3 000 активистов из 42 стран. На встрече создается сеть  INAC - Intercontinental Network of Alternative Communication (испанская аббревиатура – RICA), ставшая впоследствии основой для формирования многочисленных организаций поддержки сапатистского движения. Появление в 1997 году в европейской прессе программного документа «Четвертая мировая война уже началась» вывело сапатистское движение в лидеры символической борьбы с «планетарной властью корпораций». Маркос провозгласил начало неолиберализмом четвертой мировой войны  - войны за передел мира, вызванной распадом СССР. Основные положения статьи, представленной в виде семи символических фигур: знака доллара, треугольника, круга, квадрата, пятиугольника, бесформенной фигуры и знака очага сводились к представлению неолиберализма как идеологии, угрожающей существованию мира и призывам к созданию очагов сопротивления неолиберализму из людей, «выброшенных современностью»: женщин, детей, стариков, молодежи, туземцев, экологов, гомосексуалистов, лесбиянок, ВИЧ-инфицированных, рабочих и «всех тех, кто не вписывается в новый мировой порядок».[6] Идеи Маркоса принесли ему множество поклонников во всех странах мира, в том числе среди людей, инкорпорированных современным обществом,[7] а множество общественных, преимущественно левых организаций провозгласили борьбу с неолиберализмом своей целью. Символическое рождение антиглобализма состоялось.

Первая крупная антиглобалистская акция, как считается, прошла в 1999 году в Сиэтле, США. Но между 1997 и 1999 годом, преимущественно в Европе, произошли события, подготовившие создание действительно глобальной сети противников неолиберальной глобализации.

PGA – People’s Global Action – сетевая организация нового типа, сыгравшая роль «спускового крючка» для того, что впоследствии получит от журналистов название «антиглобалистского движения», организует в течение 1998 – 1999 годов серию акций протеста против ВТО в Женеве и Бирмингеме. 18 июня 1998 года одновременно в 40 странах мира проходит организованный PGA  «Всемирный карнавал против капитализма».  Акция доказывает высокую степень эффективности сетевой координации политических действий организаций, входящих в PGA.

Механизм работы PGA был прост и гениален: впервые в истории он опирался на интернет и электронную почту, в частности, механизмы подписки на рассылки электронных сообщений. Процедура приема новых членов была предельна упрощена: на электронный адрес отправлялось сообщение о желании той или иной организации вступить в PGA, после чего в следующем сообщении на адрес отправителя приходил общий список всех организаций, вступивших в сеть PGA. Никаких формальных процедур приема, рекомендаций и проверки состоятельности организаций не проводилось. В организации могло состоять 20 или 150 виртуальных организаций, но для общего списка в 500 – 700 организаций из 50-70 стран мира это представлялось совершенно неважным. В работе  первой конференции PGA принимали участие и первые российские организации, в частности, «Хранители радуги» (радикальные экологи) и «Студенческий революционный комитет» (студенческие профсоюзы).[8] Через механизмы почтовой рассылки проходила и организация непосредственно антиглобалистских акций: желающие принять участие в проведении крупной акции сообщали о своем желании, опорные центры движения в городах проведения акции формировали логистические маршруты следования участников к месту проведения, сообщали приблизительные места размещения, количество продуктов и снаряжения. Используя такие механизмы, организаторами удалось в десятки раз сократить затраты на проведение мероприятий, переложив транспортные расходы на плечи локальных организаций, используя труд общественных активистов, и используя для размещения прибывающих местные сквоты (захваченные пустующие дома и строения), а также доступные нежилые помещения из муниципальных фондов.

1999. Сиэтл. Протестное рождение.

В нужном месте в нужное время.

"Братья и сестры! Центральный рабочий Совет Сиэтла ... рад воспользоваться посещением русским пароходом "Шилка" этого порта для того, чтобы послать вам наш братский привет и выразить вам нашу чистосердечную надежду на успех ваших усилий превратить Россию в свободную республику, отвечающую условиям политической и промышленной демократии".

В феврале 1919 года в Сиэтле прошла пятидневная забастовка, в которой приняло участие около 60 000 промышленных рабочих, протестовавших против американского вмешательства в дела Советской России. Через 80 лет, в ноябре – декабре 1999 года, в Сиэтле прошла 50 000 антиглобалистская демонстрация против открытия в городе сессии ВТО и навязывания ведущими западными странами своих правил всему остальному миру.

Всемирная торговая организация, созданная на основе ГАТТ в 1995 году,[9] практически сразу после своего рождения стала объектом постоянных нападок со стороны антиглобалистских организаций, которые после 1997 года росли как на дрожжах.

Основными вопросами раунда ВТО в Сиэтле были дальнейшая либерализация мирового рынка товаров и услуг (в том числе переговоры по ВСТУ - Всеобщему соглашению о торговле услугами), и институализация инвестиционного процесса по линии Север-Юг – между развитыми и развивающимися странами (в том числе путем продолжения переговоров по МСУ -  Многостороннему соглашению по инвестициям). Замысел администрации Клинтона перед проведением раунда ВТО заключался в обеспечении режима наибольшего благоприятствования американской экономики путем достижения окончательной договоренности с ЕС по поводу дотирования сельскохозяйственной продукции, открытия дороги свободному передвижению капиталов в странах третьего мира, созданию комиссии по регулированию трудового законодательства. Отдельным вопросом было снятие ограничений на продажу ГМП – генетически модифицированных продуктов.[10] Совокупная цена вопросов была крайне велика, фактически, принятие полного пакета предложений в Сиэтле фактически означало торжество неолиберальной модели глобальной экономики под патронажем США.

Проведение очередного раунда переговоров ВТО с Сиэтле совпало с системным кризисом в американском профсоюзном движении. Активное встраивание руководства американских профсоюзов, и, прежде всего, АФТ-КПП в систему государственной власти США, торжество концепции «делового юнионизма» привело утрате авторитета профсоюзных лидеров в рабочей среде и резкому снижению, как уровня социальных гарантий, так и общего количества членов в ведущих профсоюзах. После 1994 года новая команда лидеров АФТ-КПП во главе с Д. Суини предприняли ряд мер,[11] которые привели к увеличению численности АФТ-КПП и повышению значимости профсоюзов в американской политике. Возможность организовать акции протеста фактически стала для АФТ-КПП подарком, позволяя одновременно блокировать принятие нежелательных решений, провести кампанию по развитию общественных связей и придать гласности соглашения и механизмы ВТО, к тому времени во многом остававшиеся на периферии общественного внимания. Цели ВТО в Сиэтле автоматически становились объектом критики со стороны европейских фермеров, которые лишались своих доходов, и со стороны стран третьего мира, которым угрожало не только принятие ВСТУ, но и новая политика регулирования трудового законодательства.[12]

Главными организаторами «битвы за Сиэтл» выступили АФТ-КПП и две коалиции - "Народ за справедливую торговлю / Сеть оппозиции ВТО" (НЗСТ) и "Сообщество прямых действий" (СПД). АФТ-КПП вместе с НЗСТ и другими НСД инициировали проведение массовой демонстрации с требованием - "Нет - новому раунду переговоров ВТО!". В рамках НЗСТ действовала большая группа сторонников сопротивления ВТО. Она установила сотрудничество со многими местными и национальными профсоюзами США и организовала множество "teach-ins" в Сиэтле по злободневным проблемам антинародной деятельности ВТО.[13] «Teach-ins» в Сиэтле позволили переломить общественное мнение в пользу антиглобалистов прямо перед началом раунда.[14] Кроме того, в Сиэтл съехались представители общественных организаций из 55 стран мира, среди которых выделялась делегация Европейского фермерского союза во главе с Жозе Бове,[15] и группы мексиканских танцовщиц, присланных субкомманданте Маркосом из Чьяпаса.

30 ноября, в первый день акции, демонстранты смогли заблокировать улицы и сорвать открытие сессии ВТО, не пропустив ни генерального секретаря ООН, ни государственного секретаря США. АФТ-КПП во главе с Д. Суини организовала сидячую забастовку, к демонстрации присоединились прихожане методистской церкви. Вокруг отеля «Шератон» начались стычки демонстрантов с полицией, применившей водометы, пластиковые пули и слезоточивый газ. К следующему дню в городе было введено чрезвычайное положение, сессия была открыта, однако продолжавшиеся столкновения привели к внутреннему разброду среди участников сессии. Несколько сот участников демонстраций было арестовано, что привело к еще большему накалу страстей, и переключило внимание прессы с «неистовых коммунистов» на жестокость действий полиции. Необходимость координации действий и работы со СМИ в недружественной обстановке  Сиэтла  вызвала к жизни крупнейший антиглобалистский проект – сеть независимых информационных агентство Индимедиа, которые в течение 2000 года были созданы более чем в 50 странах, в том числе и в России.[16] Результатом Сиэтла стал срыв раунда ВТО, на котором не было принято ни одного крупного соглашения, и появление новой политической силы – антиглобалистов. Одновременно появился и миф об антиглобалистах как хулиганах, бесчинствующих на улицах, громящих витрины и дерущихся с полицией.

Состоялось протестное рождение антиглобализма: рождение мифа и бренда сопротивления неолиберальной глобализации с хулиганским оттенком.

Нет особого смысла в подробном описании дальнейших событий. После «битвы в Сиэтле» телезрители наблюдали похожие сцены в Гетеборге и Давосе, в Вашингтоне и Праге, в Квебеке и в Ницце, в Генуе и Брюсселе. Полицейские службы разных государств, вроде бы готовые к акциям протеста, раз за разом проигрывали очередные «битвы», в основном благодаря тактике уличной борьбы, применяемой антиглобалистами с редкой изобретательностью. В Генуе акции антиглобалистов совершенно затмевают темы встречи, особенно после первой смерти во время проведения антиглобалистских акций -  от полицейской пули погибает сын местного профсоюзного активиста Аньели, а движение получает своего мученика.

«Свобода воображения» образца 1999 – 2002 гг. выражалась в тактике мелких групп, разделении демонстрантов на «цветные колонны» по степени миролюбия, использовании подручных средств – от хоккейных клюшек до масок для подводного плавания, тактике «карнавального сопротивления». В ходе одной из акций антиглобалисты даже «изобрели» средневековую катапульту, с помощью которой к полиции возвращались брошенные газовые гранаты.  Военные аналитики назвали такую тактику «swarming», «роение». Ее главной особенностью является отсутствие единого центра управления, по которому можно было нанести удар. В отличие от партизанской тактики, с которой часто сравнивают уличную тактику антиглобалистов, основной целью тактики антиглобалистов является «принуждение к диалогу», выход на переговорный процесс с противостоящей стороной, а не насильственный захват власти.

С другой стороны, эффективной блокады мероприятий крупных международных структур, как то произошло в Сиэтле, более не происходило. Мероприятия проходили, решения принимались, в речах участников стали появляться фразы вроде «социально ответственной глобализации» (В. Путин в Генуе), стали происходить встречи участников официальных мероприятий с участниками акций протеста (В. Гавел в Праге), лидеров антиглобалистского движения специально приглашают на мероприятие ВТО в Мексике. Параллельно организаторы крупнейших встреч на уровне «восьмерки», Всемирного экономического форума, Всемирной торговой организации стали выбирать места, наименее доступные для проникновения демонстрантов. Таковыми стали удаленные от цивилизации канадские городки, столицы стран с авторитарным режимом. Однако даже высокогорный Давос не дал надежной защиты от проникновения антиглобалистов. «Охота на мировую закулису», организованная антиглобалистами, привела к тому, что одна из сессий МВФ была даже перенесена  в интернет, [17] а Фидель Кастро предложил лидерам «восьмерки» проводить свои встречи на орбитальной станции в космосе.

Именно в это время на первый план в масс-медиа, и в планировании антиглобалистских мероприятий выходит вопрос о применении насилия.[18] Здесь отдельно существует вопрос о тактике анархистских групп из Black Block, признающих и использующих насилие, и вопрос о тактике полицейских провокациях, снятых одной из телекомпаний во время генуэзских событий. Заметим лишь, что выяснение того, «кто первый начал», не способно дать нам в руки ключ к пониманию движения антиглобалистов. Очевидно, что тактика ненасильственного сопротивления, широко применяемая зелеными, отнюдь не предполагает в качестве ответной меры физическое убийство зеленых, как произошло в эпизоде с кораблем «Rainbow Warrior», взорванном французскими спецслужбами.  Так же и блокирование улицы сидящими людьми не предполагает автоматического применения против них  слезоточивого газа и пластиковых пуль.  Хулиганские действия создали антиглобалистскому движению соответствующую репутацию, и вряд ли организаторы акций заранее настраивались на  использование насилия и погромы, в ином случае последние были бы на порядок более масштабными. Более того, начиная с Праги, организаторы акций уделяли особое внимание недопущению провокаций и погромов. Не имея возможности не допустить такие акции вообще, организаторы постарались заранее разделить участников на колонны разного цвета, для которых заранее определялась разная тактика поведения. При такой стратегии потенциальные участники могли сами определить степень столкновения с полицией, на которую они готовы были пойти. В дальнейшем в антиглобалистском движении складывается парадоксальная ситуация: с одной стороны, раскрутка движения, бренда антиглобализма привела к тому, что потенциальными участниками движения становились все более авторитетные и мощные организации, с другой, репутация хулиганов явно тянула движение назад.

В этот период резко расширяется организационный спектр антиглобалистского движения. Во Франции появляется организация ATTAC (в переводе с французского – Действие за налог Тоббина в помощь гражданам),[19] быстро расширяющая свою численность и влияние внутри Франции (более 35 000 активистов в 2002 году), и связи в других странах, в том числе и в России.[20] На сегодня ATTAC, по сути, стала одним из центров интеллектуальной активности движения, пытаясь преобразовать требования антиглобалистского движения в политические формулы ЕС и других наднациональных структур. В Великобритании из первоначально экоанархистской организации Reclaim the Streets!, которая «прославилась» захватом делового центра Лондона и высадкой марихуаны на Трафальгарской площади, выделяются организации «Globalize Resistance» и «Drop the Debts». В США развитие получает студенческая организация Direct Action Network, вначале выступавшая против продажи в кампусах свитеров с университетской символикой, сшитых компаниями, использующими детский труд в странах третьего мира («sweat shops»).  В Италии складывается движение "Tute Bianche", «Белые халаты», сыгравшее важную роль во время проведения генуэзского саммита восьмерки. Оформляются и радикальные организации (Ya Basta)[21], в антиглобалистское движение включаются крупные профсоюзные объединения, как международные - Международная Конфедерация Свободных Профсоюзов (МКСП), так и национальные – например, CUT (Единый центр трудящихся Бразилии, один из организаторов Всемирного социального форума в Порту-Аллегри), COSATU (Конгресс профсоюзов Южной Африки) или KCTU (Конфедерация профсоюзов Южной Кореи).  Новые времена – новые флаги, и крупные организации, вошедшие в антиглобалистское движение, получающие бонусы за счет схемы «самораскрутки» бренда антиглобализма, стали нуждаться в выработке позитивной программы антиглобализма, коренном изменении имиджа движения. Логичным шагом на таком пути стало проведение в 2001 году в бразильском городе Порту-Аллегри анти-Давоса – Всемирного Социального Форума.

2001 год. Порту-Аллегри. Социальное рождение.

Те же и там же.

Вообще, традиция проведения левых социальных форумов в Латинской Америке вполне успешна. В 1990 году в Сан-Пауло произошло объединение левых партий Латинской Америки в т.н. «Форум Сан-Пауло». При этом в Форум, благодаря его гибкой структуре, вошли партии всего левого спектра – от умеренных (Социалистическая партия в Аргентине) до радикальных (Фронт национального освобождения Сальвадора, компартия Кубы). Целью участников Форума стали поиски альтернатив неолиберальному пути развития экономики и перехода к социализму в Латинской Америке. К 1999 – 2003 году партии Форума стали правящими в Чили, Венесуэле, Аргентине, Бразилии, ведущими оппозиционными партиями в Мексике, Уругвае, и т.д. В Бразилии левые организации стали определять политику многих муниципальных образований, в том числе и в Порту-Аллегри, где, в частности, была реализована система общественного самоуправления и общественного контроля над распределением муниципального бюджета. Город стал идеальным местом для проведения собрания противников неолиберальной модели мирового развития, форум – идеальной организационной моделью такого собрания. Прозванный журналистами «антиДавосом», Порту-Аллегри в одночасье приобрел мировую известность, став центром «антиглобалистского туризма», подобно тому, как Чьяпас стал центром «туризма революционного». Если в Первом Социальном Форуме, который прошел в Порту-Аллегри в феврале 2001 года, приняло участие менее 1000 человек, которые не сумели даже выработать совместное заявление,[22] то Второй Социальный Форум, состоявшийся там же год спустя, начался с марша, в котором участвовало более 30 000 человек, и привел к появлению итоговой хартии, где были зафиксированы общие требования участников Форума. Хартия называлась "Призыв общественных движений в Порту-Аллегри против неолиберализма, войны и милитаризма, за мир и социальную справедливость". В Третьем Социальном Форуме, который прошел в январе 2003 года, приняло участие уже более 100 000 человек, среди которых были лидеры нескольких государств.[23] Порту-Аллегри уже нельзя было отнести к «зеркальным» мероприятиям, характерным для антиглобалистского движения предыдущих лет, несмотря на сознательное совмещение дат проведения Порту-Аллегри и Всемирного Экономического Форума в Нью-Йорке, и даже педалирование противопоставлений двух форумов.[24] В случае Второго Социального Форума впервые отчетливо понятны стали источники финансирования мероприятия: мэр города и парламент находятся в руках ПТ – Партии трудящихся Бразилии, которая использовала авторитет Форума в целях предвыборной кампании своего лидера Лулу да Силва, в итоге с третьей попытки занявшего кресло президента Бразилии. Порту-Аллегри стал «по-антиглобалистски» респектабельным мероприятием, с бейджами участников и приглашением «звезд» антиглобалистского мира, в частности, «гуру» антиглобалистов, лингвиста и публициста Ноама Чомски. Чомски зафиксировал и политическую формулу водораздела глобализации: «На одной стороне - власть, на другой – население. Мы - за глобализацию в интересах населения всего мира; они - за особую форму глобализации в интересах предпринимателей".  «Мировая закулиса» признает свое поражение – темой Давоса 2003 года становится "Строительство доверия" ("Building Trust") – тема, совершенно нехарактерная для Давоса прежних лет. В это же время в програмных документах крупнейших ТНК появляются понятия «социальная ответственность», «социально ответственные инвестиции». Организаторы мероприятия публикуют результаты опроса, в котором приняло участие 36 000 человек из 47 стран: "Из всех категорий только руководители неправительственных организаций (НПО) заслуживают доверия в глазах большинства граждан (56%); за ними идут руководители ООН и духовные лидеры (41% и 42%)". "Наименьшим доверием пользуются руководители в США".   В 1998 году Джон Аркилла из RAND Corp., указав на ряд схожих признаков, сравнил возрастание роли организаций третьего сектора с рождением национальных государств в начале Нового времени. Возможно, начало именно такого процесса мы наблюдаем сегодня. [25]

В любом случае, социальное рождение антиглобализма состоялось.

И его сразу используют по-новому. Сразу после Порту-Аллегри с открытым письмом к лидерам держав обращается генеральный секретарь ООН Кофи Аннан. Его тактика понятна: ООН приобретает социального союзника. Союзник опасен, у него странная репутация, но он является крайне удобным средством давления на развитые странами с целью выколачивания денег, он позволяет сместить акцент с критики неэффективных структур ООН в сторону критики  непрозрачных и неподвластных ООН институтов – наследников Бреттон-Вуда. Лидеры мировой экономики, по словам Аннана, должны конкретными делами доказать, что их оппоненты ошибаются, утверждая, будто нищета и деградация стран Востока и Юга - результат глобализации. Конкретные дела сводятся к увеличению финансирования программы помощи развивающимся странам до 0,7% ВВП стран «большой семерки», что должно привести к снижению нищеты вдвое к 2015 году в странах Востока и Юга. Инициатива Аннана остается без ответа, как без ответа остается вопрос о политическом будущем антиглобалистского движения.

Как уже упоминалось выше, антиглобализм может быть представлен как бренд, окружающий разные сущности и служащий для «раскрутки», продвижения последних. При этом организации, использующие бренд антиглобализма в своих целях, могут исповедовать несовпадающие или даже прямо противоположные ценности и идеалы. Здесь уместно вспомнить определения бренда в маркетинге, которые, как нам кажется, могут дать ключ к пониманию сущности международных процессов, связанных с понятием антиглобализма. Бренд в маркетинге часто понимается как некий фирменный знак: при этом знак существенно отличается от сообщения (message), несмотря на то, что в знаке существенно меньше содержания, он является не менее важным, так как указывает на нечто важное, апеллирует к ценностям, лежащим в основе сообщения. Эволюция антиглобализма также проходит по классической схеме реакции потребителя на новый бренд (см. схему ниже):

Законы маркетинга, опирающиеся на работу с обществом как с массой потребителей, хорошо работают в ситуации антиглобалистов. Ирония вполне постмодернистского движения антиглобалистов заключается не только в том, что последние по своей сути предельно глобализированы, особенно в том, что касается использования информационных технологий. Антиглобалисты, провозглашая одной из своих целей борьбу с обществом потребления, вербуют себе сторонников  и формируют общественное мнение, используя методы маркетинга и брендинга. Медийные стратегии антиглобалистов не отличаются изощренностью, но они достаточно просты и надежны, чтобы добиваться результата. Движение полностью ориентировано на общественное мнение. Информационные сети Индимедиа и Альтернета публикуют пособия по работе со СМИ, пособия по проведению уличных манифестаций, пособия по созданию и распространению новостей. Фактически, движение внутри себя проводит постоянный обучающий процесс, превращая своих активистов в журналистов – любителей. Самоорганизующаяся армия журналистов, хакеров и хулиганов с идеалистическими взглядами – вполне адекватная, хотя и не полная, характеристика современного антиглобалистского движения.

В перспективе на рынке мировой политики вырисовывается новая конфигурация борьбы за глобальное управление и новый миф антиглобализма: антиглобализм за глобальное управление.[26] Антиглобалисты, по сути, на сегодня являются единственным международным социальным движением, выступающим за создание механизмов глобального управления. Несмотря на кажущуюся парадоксальность конструкции, она вполне очевидна. Достаточно ввести в конструкцию третий элемент, придающий ей устойчивость – интернет. Как социальные явления, антиглобализм и интернет появились в последние десять лет. Идея мирового правительства существовала на протяжении всей осмысленной человеческой истории. Антиглобализм как социальное движение эксплуатирует и базируется на возможностях интернета. Само движение стало возможным только за счет порядкового снижения стоимости коммуникаций, к которому привело появление интернета. Связь двух этих явлений более чем очевидна. Однако интернет столь же очевидно связан и с другим понятием – понятием глобального управления. Только с развитием интернета как первого в мировой истории подлинно глобального явления становится действительно возможным появление действительно эффективного глобального управления. Эффективное управление подразумевает возможность пиринговой (точка-точка) коммуникации между субъектами глобального управления, в том числе гражданами глобального государства. Такую возможность и представляет интернет. Ключевым вопросом глобального управления является вопрос представительства. Существует три основных варианта решения проблемы представительства при глобальном управлении: корпоративный, национальный и гражданский. До появления интернета и антиглобалистов соперничали первые два варианта, в предельном упрощении соответствующие институтам Бреттон-Вуда и ООН. Антиглобалисты открывают возможность для реализации третьего варианта. Первые два варианта, между тем, недостаточно демократичны и либеральны. Демократическое управление обществом, ограничивая возможности национального государства, существенно ограничивается, в свою очередь, транснациональными корпорациями и информационным манипулированием общественным сознанием, сводящими на нет идею императива прав человека, низводя его до уровня массы, материала. Абсолютный либерализм, приближающийся в интернете к либертарианству, и исповедуемый интеллектуальной частью антиглобалистов, как раз и предполагает императив прав человека, личности.[27] Не только по отношению к национальному суверенитету, что очевидно, но и по отношению к транснациональным структурам власти. Такое возможно только в сетевом обществе, с горизонтальной (само)организацией социума, элементы которого мы можем наблюдать в движении Open Source и на таких интернет-проектах, как Livejournal.com. Очевидно, что на сегодня предпосылок развития событий в этом направлении просто нет, так как ресурсы, контролируемые правительствами и корпорациями, слишком велики, и они обязаны противодействовать реализации модели гражданского глобального управления. Еще раз повторим, что объективных тенденций, приближающих реализацию третьего варианта, в краткосрочной перспективе не существует, только катастрофичный сценарий, и это еще раз сближает антиглобалистские и террористические организации, может дать шанс на реализацию вышеописанной модели. В среднесрочной перспективе в такой конфигурации на одной стороне оказываются ООН и антиглобалисты, (в некоторых вариантах с реформированным ЕС), на другой – ВТО, МВФ и глобальный агрессор США. Социальная глобализация, или глобализация народов, противостоит неолиберальной глобализации, или глобализации капитала. Именно формирование такой черно-белой картины в общественном мнении могло бы стать идеальным развитием событий для стратегов и идеологов умеренного крыла антиглобалистского движения. Однако уже в обсуждениях и резолюциях Порту-Аллегри, помимо традиционного набора «мир-труд-май»  (осуждение милитаризма, право на труд и рабочая солидарность), прослеживается попытка движения сформулировать ответ на принципиально новый вызов для антиглобалистского движения – обвинение в связях с мировым терроризмом. Теракт 11 сентября 2001 года стал, как считают некоторые аналитики, началом конца антиглобалистского движения. И если надуманность обвинений антиглобалистского движения в организации терактов, прозвучавшие во многих СМИ сразу после 11 сентября, была очевидной, то проявление новой мировой силы, сходной с антиглобалистами в неприятии неолиберального, мондиалистского, американизированного пути развития, наносит ощутимый удар по перспективам антиглобалистского движения. В стране, живущей с ощущением постоянной угрозы теракта с применением любых видов оружия, никаким антиглобалистам из Black Block просто так по улицам передвигаться не дадут. Ужесточение политики безопасности при пересечении границ, превалирование интересов (над) национальной безопасности, равно в США и ЕС, существенно усложняет проведение любых «зеркальных» мероприятий. На практике антиглобалисты оказываются для полицейских служб удобной мишенью для проведения «тренировочной» антитеррористической деятельности,[28] тем более что террористические и антиглобалистские сети похожи, например, в методике организации акций.

С другой стороны, вызов терроризма может использоваться как дополнительный аргумент сил, заинтересованных в институализации и «облагораживании» антиглобалистского движения, вплоть до отказа от самого бренда антиглобализма, или его перепозиционирования.[29] Если нельзя бунтовать на улицах – добро пожаловать в кабинеты! Как уже упоминалось выше, здесь у антиглобалистского движения может появиться множество союзников – от отдельных национальных государств до ООН и международных профсоюзов. Вполне «по-антиглобалистски» выглядят последние инициативы Джорджа Сороса – от осуждения в своих книгах «безудержного капитализма» до проекта - аналога «Open Source» для научных журналов, поддержки инициатив Тоббина и предложений по введению прозрачной процедуры дачи взяток для транснациональных корпораций при операциях в развивающихся странах.   Уместно будет еще раз напомнить, что Бразилия отныне возглавляется президентом – антиглобалистом – Лулу да Силва очевидно собирается выстроить на мировой арене имиджа транслятора между миром Порту-Аллегри и Давосом. Другой конфигурацией, которую предложил да Силва, стал союз «трех серебрянных миллирадов» - Китая, России, Бразилии, Индии и ЮАР, в целях противостояния негативным последствиям глобализации. Фактически становится возможен союз социальных движений в странах золотого миллиарда, государственной политики стран трех серебрянных миллиардов, ООН и международных НПО в общем информационном пространстве анти-глобализации. Можно вспомнить и продолжающиеся попытки вписать антиглобалистскую риторику во внешнюю политику России, как на уровне МИДа, так и напрямую через администрацию Президента.[30]

Одним из вероятных сценариев развития  антиглобалистского движения может стать его раскол де-факто на умеренное и радикальное крыло. Частично такой раскол происходит уже сегодня. Умеренное крыло, во главе с лидерами Attac и лидерами ряда латиноамериканских стран, ставит себе задачей «этическую корректуру» современного капитализма, «гуманизацию» глобализации,[31] а радикальные силы  выступают за социалистическую революцию, отрицая глобализацию как процесс. Attac, в частности, предлагает начать взимание налога Тоббина со стран еврозоны, а в дальнейшем распространить его на другие страны. В этом смысле устремления умеренного крыла антиглобалистов вполне сродни интересам чиновников ЕС – есть что «пораспределять», это крыло сродни или просто является частью нарождающегося европейского самосознания, связанного с идеями экологического, этического и социально ответственного капитализма.[32] Следовательно, мы вправе ожидать дальнейшего сближения на этом направлении. Для радикальной части движения в таком сценарии остается лишь место хулиганов, которые бьют стекла во время очередных международных встреч. Однако все не так просто. Зрелищность, массовость и открытость стали основным козырем антиглобалистского движения, и в новых условиях умеренное крыло антиглобалистов, отказавшихся от квинтэссенции бренда, могут просто не заметить. Уличная сила и телевизионная картинка – по-прежнему обязательные условия успеха антиглобалистов.

 

Захарова Дарья Алексеевна – сотрудник Центра интернет-политики, редактор сайта Московского государственного института международных отношений (университет) МИД России www.mgimo.ru
Песков Дмитрий Николаевич – начальник Центра интернет-политики, заместитель проректора по научной работе Московского государственного института международных отношений (университет) МИД России

 


[1] На непонимании данного факта споткнулось большинство российских исследователей антиглобализма, до сих пор не отошедших от шока конца советской науки и ударившихся в иную крайность не менее мифологических представлений о торжестве демократии, открытого гражданского общества и т.д. В черно-белом мире, мире, в котором есть только открытое общество и его враги, нет места сложному феномену антиглобализма – есть место только подкупленным таинственными вражескими силами хулиганам, которые громят Макдональдсы и дерутся с полицией.

[2] Естественно, речь не идет об «антиглобализме» как системе взглядов на мире, отрицающей глобализацию как процесс, но собственно об «антиглобализме» как об общественном движении. Интересно, что один из идейных предшественников антиглобализма, анархизм, также получил свое название от журналистов, однажды начавших именовать анархистами последователей Прудона. При взгляде на предельную пестроту организаций, называющих себя антиглобалистами кажется, что более логичной была бы не языковая конструкция «анти – глобал», а «глобал - анти», «глобалантисты» вместо антиглобалистов.

[3] Или мира еще не наступившего модерна, виртуального премодерна, что в данном случае неважно.

[4] См. Сергей Ильин Антиглобализм как высшая стадия экологизма. Русский Журнал / Политика /
www.russ.ru/politics/20010725-il.html . Здесь напрашиваются очередные рассуждения о человеке и системе – капиталистическая система, изменившись и поступившись частью прибыли, смогла абсорбировать поколение 1968 года. Активисты движения 1968 года, будущий министр иностранных дел Германии Йошка Фишер, и будущий лидер фракции «зеленых» в Европарламенте Даниель Кон-Бендитт, снимая на двоих квартиру, в которой останавливался террорист Карлос Рамирес по кличке «Шакал» не вполне предполагали, как сложится их дальнейшая судьба. Лидеры сегодняшних антиглобалистов вполне могут быть востребованы современной системой, в том числе корпорациями. Наоми Клейн в своей книге «No Logo» приводит случай, когда компания Nike (использующая труд детей в странах третьего мира) предложила 25 000 $ лидеру движения за права потребителей Ральфу Надеру за рекламный ролик с его участием, в котором Надер должен был появится в кадре с кроссовкой Nike и произнести фразу «Еще одна бесстыдная попытка Nike продать свою обувь».

[5] Помимо связей в сетях масс-медиа, сапатисты применили действенный  способ организации власти на территории штата. Не имея большинства на части его территории, сапатисты создали параллельные структуры власти, дублируя большинство функций государства. За счет четкой организации и фактической монополии на применение власти последователи Маркоса смогли эффективно преобразовать первые военные успехи в международный PR (после первых крупных успехов основная часть САНО (сапатистской армии национального освобождения) была распущена, остались только мобильные боевые группы), которые позволял добиваться поставленных целей без применения оружия. В наши цели не входит подробный анализ борьбы сапатистов, заметим лишь, что правительство Винсенте Фокса смогло в последнее время поставить сапатистов в весьма тяжелое положение, по сути, вынуждая последних вновь начать масштабные боевые действия.

[6] Существует как минимум два русских перевода этой статьи Маркоса – первый, опубликованный в «Русском журнале» как вторичный перевод с французского, и второй, более полный и с другим названием, сделанный Олегом Ясинским. Мы используем, несмотря на ряд его недостатков, первый вариант, так как именно с ним в основном знакомы русские читатели.

[7] Так, по приглашению Маркоса в Чьяпас приезжали депутаты Европарламента, редактора европейских газет, режиссер Оливер Стоун и даже вдова Франсуа Миттерана. Впрочем, в современном мире можно отыскать немного сюжетов, столь же мифологизированных, как и движение сапатистов. Последняя крупная авантюра Маркоса, сознательно отождествляющего себя с Дон-Кихотом XXI века, заключается в вызове на словесную дуэль испанского судью Балтазара Гарсона и одновременной попытке организовать мораторий на террористическую активность ЭТА и других радикальных организаций страны басков. Впрочем, по состоянию на сегодня авантюра провалилась, так как ЭТА не пожелала связываться с «клоуном» Маркосом.

[8] Российские антиглобалисты пока не представляют собой тему, достойную отдельного обсуждения. На поле антиглобализма играют самые разные организации, связанные и не связанные с мировым антиглобалистским  движением: от левых околокоммунистических организаций (СКМ (молодежь КПРФ), РКСМ(б) (молодежь РКРП), АКМ, РРП (троцкистская группа), НБП), самой известной акцией которых стал марш из Люберец к Белому дому «Антикапитализм – 2001», до движения «Альтернативы» (А. Бузгалин) и православных радикальных организаций  ("За право жить без ИНН", "Стояние за истину»).

[9] Формальной целью ВТО является создание условий для свободной торговли между странами – участниками ВТО. С вступлением в ВТО новых стран зона свободной торговли становится глобальной, по сути заставляя вступать в организации страны, которые не стали бы делать этого при прочих условиях. Логика глобального, таким образом, фактически довлеет над национальными интересами, низводя их до уровня интересов локальных.

[10] В ситуации с ГМП в очередной раз сошлись интересы Европы и США. США сделали ставку на ГМП, поддерживая усилий корпораций типа «Монсанто» по продвижению ГМП в странах третьего мира, и надеясь таким образом поддержать рост «новой экономики» за счет биотехнологической революции. Европейские страны, напротив, сделали ставку на развитие «экологического» производства и контроль над ГМП, подлежащие в Европе обязательной сертификации и маркировке.

[11] Речь идет о сближении рабочего движения с левыми интеллектуалами в США (посредством проведения многочисленных семинаров в Калифорнийском, Питтсбургском и Колумбийском университетах), замене концепции «делового юнионизма» на концепцию «социального юнионизма», проведение самостоятельной международной политики, образование самостоятельных местных отделений, выделение 30% средств на привлечение новых членов.

[12] Развивающие страны просто не могли бы поддерживать, например, ограничения по продолжительности трудового дня и требования по минимальной почасовой оплате.

[13] "Teach-ins" как механизм формирования общественного мнения активно использовался "новыми левыми" на рубеже 1960-1970-х гг., особенно часто организацией "Students for democratic society, в борьбе за прекращение войны во Вьетнаме и против сотрудничества университетов с Пентагоном. Как правило, такие короткие обсуждения животрепещущих вопросов проводились после захвата университетских городков или вместо занятий. Они консолидировали понимание ситуации, группируя мнения в короткие и емкие слоганы и лозунги. Вообще, Сиэтл возродил к жизни множество примет времен студенческих революций 1968-1969 гг.

[14] Опросы общественного мнения, пр.оведенные "Си-Эн-Эн" и Гэллап-медиа накануне проведения сессии ВТО в Сиэтле, показали, что 59% американцев считали, что свободная торговля по формулам ВТО причиняет вред американским рабочим, и только 35% считает, что она помогает им.

[15] Жозе Бове представляет собой типичную фигуру фермера из глубинки, волею судеб оказавшегося в эпицентре мировой политики. Снос недостроенного и нефункционирующего здания Макдональдса, попавший на первые страницы газет и выпуски новостей, позволил фермеру сделать неожиданную политическую карьеру. На новом поприще действия Бове выглядят наивными и неуклюжими, свидетельство чему – его визит к Ясиру Арафату в разгар палестинской интифады, изрядно подпортивший имидж умеренному крылу антиглобалистского движения.

[16] Одним из создателей Индимедиа – России был Владимир Видеман, руководитель интернет-проекта www.imperativ.net,   впоследствии обвиненный в тесной связи с европейскими новыми правыми, и на время отошедший от дел.

[17] Впрочем, такая попытка своего развития не получила. В киберпространстве на сегодня антиглобалисты (например, движение «Хактивист») сильнее любого из национальных правительств, обладая практически неограниченным штатом активистов, способных взламывать сайты, обнародуя, например, номера кредитных карт участников форума в Давосе, или проводя DDOS-атаки, парализуя работу правительственных серверов. Киберпространство, по мысли левого крыла антиглобалистов, должно стать новой ареной классовой борьбы. «То есть jpg-файл пролетария берет в руки jpg-файл булыжника и бьет им по jpg-файлу головы буржуя. По монитору стекает кровавый jpg-файл». (http://www.vesti.ru/2001/02/05/981392994.html). К счастью, настоящая война в киберпространстве пока не объявлена.

[18] Если провести блиц-анализ взглядов лидеров антиглобалистского движения, а к ним можно отнести, скажем, субкомманданте Маркоса, Ноама Чомски, Сьюзан Джордж, Наоми Клейн, Антонио Негри, Жозе Бове, Луку Казарини, то можно заметить, что в вопросе о правомерности применения насилия они делятся примерно пополам. В целом можно сказать, что антиглобалисты поддерживают национально-освободительную борьбу в странах третьего мира, в том числе использующую насильственные методы, но отказываются от применения насилия в европейских странах и Северной Америке, что неудивительно – они составляют плоть от плоти его.

[19] Предложения лауреата Нобелевской премии экономиста Тоббина сводились к взиманию налога в 0,5 % процента со всех спекулятивных сделок на мировом финансовом рынке в пользу развивающихся стран.

[20] У части руководства ATTAC существовали налаженные связи в России, связанные, в частности, с именем Гефтера, но организационно Attac-Россия сложился вокруг супружеской пары, состоящей из французской активистки Карин Клеман и депутата Госдумы Олега Шеина. Существуют региональные организации ATTAC в Воронеже (где действует исторически первая сугубо антиглобалистская группа в России, поддерживающая интернет-проект www.resist.ru), Новосибирске, Ярославле, Нижнем Новгороде. Интересно, что заключительные положения программной статьи Маркоса: «Мир, в котором будет место для многих миров, место для всех миров...» практически дословно совпадает с идеями Гефтера о «мире миров».

[21] Ya Basta, первоначально слоган сапатистов, постепенно стал обозначением радикальных европейских групп («комитетов») поддержки сапатистского движения в Европе. Члены одной из таких групп «прославились» после того, как захватили поезд, задержанный на границе двух европейских стран, и «отменили» границу.

[22] Были приняты три отдельных заявления: участниками-парламентариями, молодежными организациями, радикальными организациями.

[23] На форуме 2003 года рельефно выделялось два сюжета: протест против войны в Ираке и обвинения участников форума в антисемитизме, выдвинутые Центром Симона Визенталя.

[24] "В Нью-Йорке ведут речь о том, как накопить больше богатств, мы же обсуждаем, как их лучше распределить", - заявил лидер Партии трудящихся Инасио Лулу да Силва. В Нью-Йорке, между тем, прошел самый тихий ВЭФ с тех пор, когда его сессии стали сопровождаться выступлениями антиглобалистов. На улицы вышло около 7 000 человек, из которых арестовано было менее 200, и то, главным образом, с профилактическими целями.  В 2003 году, уже в роли президента Бразилии, Лулу да Силва, выступал в швейцарском Давосе.

[25] The Zapatista "Social Netwar" in Mexico. David F. Ronfeldt, John Arquilla, Graham E. Fuller, Melissa Fuller - 1998 RAND. - http://www.rand.org/publications/MR/MR994/.

[26] Цели антиглобалистов, особенно в части ограничения потребления, очень близки целям, которые в свое время ставили руководители Римского клуба.

[27] Концепт личности в данном случае близок к идеологии персонализма: «Все права имеет личность, человек становится личностью в обществе, если он действительно способен дать что-то другим».

[28] Так, во время протеста против проведения в Мюнхене в апреле 2002 года международной конференции по (sic!) проблемам безопасности на антиглобалистов была организована специальная облава, входе которой было задержано более 800 человек.

[29] "Мы должны раз и навсегда отбросить этикетку "антиглобализма"" (Наоми Клейн, из доклада "Война и лики глобализации" на втором всемирном социальном форуме в Порту-Аллегри).

[30] Идея о том, что Россия должна взять на себя руководство мировым антиглобалистским движением, давно муссируется среди радикальных российских «геополитиков» a la Александр Дугин и Гейдар Джемаль.

[31] Характерно изменение риторики ряда лидеров антиглобализма. "...Сближение между Порту-Аллегри и Давосом возможно. Не в принципах, которые различны, а в минимальной этической корректуре капиталистического общества, чтобы оно не распалось до того момента, когда у нас будет нечто, способное его заменить" (Хосе Видал-Бенето, президент АТТАК - Испания, в статье в газете "Эль Паис" за 09.02.2002).

 

Авторы: Д.А. Захарова, Д.Н. Песков

http://globalanti.risa.ru/reports.php?cat_id=30&doc_id=15

Канадские полицейские не поняли шутку

http://www.youtube.com/watch?v=bNi30NoFoyY


Интересная статья? Поделись ей с другими:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Список видео

Последние комментарии

Сейчас на сайте:
  • 1 гость
  • 1 робот
  • [Bot]
Всего пользователей: 0