Как американские еврейские банкиры подготовили и развязали вторую мировую войну

amerikanskie-evreji-razviazali-vojnu

В ноябре 1918 г. завершилась Первая Мировая война, начатая в августе 1914 г. по инициативе европейского финансового капитала и прежде всего его руководящего ядра в лице банковской семьи Ротшильдов.
Целью Первой Мировой войны было коренное политическое переустройство Европы с целью резкого улучшения возможностей дальнейшей эксплуатации европейских стран финансовым капиталом. Для достижения этой цели предусматривалось:
1) ликвидация всех существующих в Европе больших государств, официально именовавших себя империями (Германия, Россия, Австро-Венгрия, Турция);
2) максимальное ослабление монархических форм правления и распространение республиканских форм государственного устройства.

Ещё в 1910 г. русский политолог Н.Н. Беклемишев в своей книге «Невидимая империя», посвящённой политическим аспектам деятельности европейского финансового капитала, отмечал, что прежняя эксплуатация стран посредством монархических режимов и связанных с ними различных придворных клик вследствие их растущих аппетитов и численности, привела к росту разного рода «накладных расходов», а, значит, падению прибыли.
Поэтому у банкиров возникла потребность сменить систему правления в данных странах и уменьшить их размеры для облегчения эксплуатации и повышения нормы прибыли. (Н.Н.
Беклемишев, «Невидимая империя» – СПб, 1998 – с. 37)
В общем, в результате Первой Мировой войны эти 2 основные поставленные цели были достигнуты. Если в 1914 г. в Европе было только 2 республики: Франция и Швейцария, то в 1919 г. их стало около 20.
Распались все европейские империи, и из них выделилось множество небольших и слабых государств.
Но при этом в результате Первой Мировой войны произошёл и крайне неожиданный и неприятный для европейских банкиров, и прежде всего Ротшильдов, поворот событий.
Их прежний младший партнёр или даже слуга – американский финансовый капитал и прежде всего финансовая группа Моргана, – в ходе войны разбогатели гораздо больше, чем их прежние хозяева и начали теснить их по всему миру, претендуя на мировое первенство.
Если до Первой Мировой войны США были должны Европе 6 млрд. долл., то к концу Первой Мировой войны Европа должна была США 10 млрд. долл.
Чтобы яснее можно было представить грандиозность этих цифр в то время, напомню, что доллар 1918 г. примерно равен 100 долл. 1999 г.
Борьба между европейским и американским финансовым капиталом в 1919-1922 гг. проходила с переменным успехом.
Например, после ухода в ноябре-декабре 1918 г. германо-турецких войск из Закавказья, США начали готовить к отправке в этот регион 70-тысячную армию для овладения его нефтяными богатствами. Но англичанам удалось сорвать американские планы (А.Е. Кукина, «Провал американских планов мирового господства в 1917-1920 гг.» – М.: Госполитиздат, 1954., с. 90).
В свою очередь американцы в 1919 г. сорвали планы Японии, являвшейся в тот период экономической колонией Англии, расширить зону своей интервенции в Сибири и увеличить численность находившихся там японских войск (Р. Эпперсон, «Невидимая рука» (2-е изд.) – СПб, 1999, с. 122).
Но основная борьба между европейским и американским финансовым капиталом, развернулась на послевоенных международных конференциях и. прежде всего. на самой основной из них – Версальской мирной конференции 1919 г.
В ходе этой конференции американский президент Вудро Вилсон выдвинул идею создания «Лиги Наций», которая по мысли лидеров американского финансового капитала должна была стать “мировым правительством”, управляющим миром в его интересах.
Давая оценку этим американским планам, Коминтерн в документах своих II и III конгрессов отмечал, что, предлагая создать Лигу Наций, американский финансовый капитал пытается «прикрепить к своей золотой колеснице народы Европы и других частей света, обеспечив над ними управление из Вашингтона. Лига Наций должна была стать по существу мировой монопольной фирмой «Янки и Ко» (Коммунистический Интернационал в документах 1919-1932 гг., М., 1933, с. 140).
Лига Наций была создана в 1919 г., однако захватить в ней руководящую роль США не удалось.
Англия и Франция решительно воспротивились этому, после чего американцы демонстративно покинули Лигу Наций, и она весь период своего фактического существования (1919-1939 гг.) являлась наднациональным органом европейского финансового капитала.
В 1925 г. XIV съезд ВКП(б) отмечал «небывало возросшую роль Северо-Американских Соединённых Штатов, граничащую с мировой финансовой гегемонией» (КПСС в резолюциях и решениях съездов и Пленумов ЦК 1898-1970, М., Политиздат, 1970, т. 3, с. 244).
Этапы борьбы
С целью захвата ключевых позиций в мире, США после своей неудачи на Версальской конференции, стали обращать внимание на другие крупные страны мира, недовольные итогами Первой Мировой войны.
Таковых было 4: Германия, Италия, Россия и Япония.
Относительно Германии и России американскую точку зрения сформулировал 15 января 1920 г. командующий американскими войсками в Германии генерал Г. Аллен.
В своём дневнике он сделал следующую запись:
«Германия является государством, наиболее способным успешно отразить большевизм. Расширение Германии за счёт России на длительное время отвлекло бы немцев на Восток и уменьшило бы тем самым напряжённость в их отношениях с Западной Европой».
Согласно американской точке зрения, сильная и в то же время находящаяся в американской финансовой зависимости Германия должна была стать главной вооружённой силой США в Европе (H. Allen, Mein Rheinland. Tagebuh, Berlin, 1923, s. 51, «История Второй Мировой войны 1939-1945 гг.» в 12 томах, М. Воениздат, 1973, т. 1, с. 37).
Прежде всего США взялись за Японию, по-скольку она была второй после США великой державой в Тихом океане, который американцы считали своим «озером».
На проходившей 12 ноября 1921 – 6 февраля 1922 г. в Вашингтоне международной конференции по морским вооружениям американцы, пользуясь своим финансовым преимуществом, просто купили Японию у Англии.
Англо-японский союзный договор 1911 г. был на этой конференции расторгнут, после чего Япония вошла в сферу влияния США.
Следующим этапом стала Италия. После известного «Похода на Рим» 28-29 октября 1922 г., организованного итальянскими фашистами и проходившего среди прочих под множеством антианглийских и антифранцузских лозунгов, к власти пришёл Муссолини, начавший проводить крайне недружественную по отношению к Англии и Франции политику в Средиземноморье и Африке.
Одновременно с этим американцы начинают практическую деятельность по завоеванию Германии. Как и в Италии, ставка делалась на совершенно новые политические силы, в данном случае, на ещё практически никому неизвестную «Национал-социалистическую рабочую партию Германии» во главе с Гитлером.
Один из видных послевоенных германских биографов Гитлера – И. Фест – отмечал, что именно с 1922 г., начинается финансирование Гитлера из разного рода анонимных источников в Чехословакии, Швеции и особенно Швейцарии.
По его словам, «осенью 1923 г., накануне своего путча, Гитлер съездил в Цюрих и вернулся оттуда, как он сам говорил, с чемоданом с деньгами» (И. Фест, «Адольф Гитлер», Пермь,»Алетейя», 1993, т. 1, с. 271).
Но позиции Франции тогда в Германии оказались крепче, гитлеровский «пивной путч» провалился, и повторить в Германии в 1923 г. итальянский блицкриг американцам не удалось. Им пришлось заняться выработкой долгосрочной политики в германском вопросе.
В 1922-1923 гг. американцам удалось кое-что сделать для приобретения позиций и в руководстве СССР. Правда, тут долго искать не пришлось.
Американцам с помощью своих больших денег и тут удалось придти на всё готовое, а точнее – перекупить у европейского финансового капитала несколько ключевых фигур в СССР.
Одной из таких фигур был ни кто иной, как Л.Д. Троцкий, связи которого в период 1917-1921 гг. с англо-французским капиталом не были большим секретом даже для обычных дипломатов и разведчиков.
Например, резидент германской военной разведки в Москве майор Хеннинг, действуя с группой подчинённых ему офицеров в качестве сотрудников германской экономической миссии, 24 мая 1918 г., за полтора месяца до эсеровского мятежа в Москве, давая подробную характеристику внутреннего положения в РСФСР, указывал на то, что, по его мнению — - дни Советской власти сочтены, поскольку в ближайшие дни в Москве по приказу Антанты произойдёт организованный левыми эсерами военный переворот, поддерживаемый частью большевистского руководства и особенно Троцким. По его мнению, «Антанта, как это теперь совершенно очевидно, сумела склонить часть большевистского руководства к сотрудничеству с эсерами. Так, прежде всего Троцкого уже можно считать не большевиком, а эсером на службе у Антанты».
Спустя неделю, 1 июня 1918 германский посол в Швеции Люциус сообщал в германский МИД о беседе с бывшим русским послом в Вашингтоне Р.Р. Розеном, который в её ходе указывал, что основным противником мирных отношений между Советской Россией и Германией в большевистском руководстве является Троцкий. Далее Люциус отмечал, что аналогичная информация имеется у него и из других источников (В.Л. Исраэлян, «Неоправдавшийся прогноз графа Мирбаха», «Новая и Но-вейшая история», №6, 1967, с. 63-64).
Именно этой сменой хозяев и объясняется резкая активизация Троцкого в 1923 г., после 2-летней предыдущей спячки, а также резкое ухудшение здоровья Ленина в 1923 г. и его последующая смерть в январе 1924 г.
Но основной целью США в Европе оставалась Германия. Сделав для себя кое-какие выводы из неудачи гитлеровского путча 1923 г., американцы решили привлечь к делу финансовой колонизации Германии также и Англию с тем, чтобы полностью изолировать Францию, как главное препятствие в первой половине 20-х го-дов на пути проникновения в Европу.
Экономическая колонизация Германии американским капиталом облегчалась тем тяжелейшим состоянием германской экономики и прежде всего тяжёлой промышленности, которое сложилось к 1923 г. в результате проигрыша Германией Первой Мировой войны и выплаты ею послевоенных репараций.
В 1914-1923 гг. не обновлялись основные фонды германской промышленности, и для её продукции были закрыты внешние рынки. В таких условиях послевоенное восстановление германского промышленного потенциала могло затянуться на неопределённо долгое время.
В январе 1923 г., в связи с задержками германских выплат послевоенных репараций, франко-бельгийские войска заняли Рейнскую область Германии и установили контроль над находящимся на ее территории Рурским промышленным районом.
Эта оккупация ещё больше дезорганизовала экономику Германии, вызвала гиперинфляцию и рост безработицы. В стране начались массовые волнения, перераставшие на ряде территорий в восстания, руководимые коммунистами.
На оккупированных французами территориях также начались вооружённые выступления, организуемые коммунистами и националистами. Только НСДАП Гитлера отказалась участвовать в сопротивлении французской оккупации. (И. Фест, «Адольф Гитлер»… , т. 2, с. 35-36)
Уже к концу 1923 г. Франция со своей оккупацией Рура оказалась в чрезвычайно трудном положении. Репарации от Германии так и не поступали, а расходы на содержание оккупацион-ных войск в Руре непрерывно росли. Одновременно с этим рос дипломатический и финансовый нажим на Францию со стороны США и Англии с требованием прекратить оккупацию.
«План Дауэса»
В апреле 1924 г. американский банкир Чарльз Дауэс выдвинул ряд предложений по урегулированию проблемы выплат репарационных платежей Германии. Эти предложения были вынесены на обсуждение международной конференции в Лондоне в июле-августе 1924 г. Конференция завершилась 16 августа 1924 г. принятием так называемого «Плана Дауэса».
Первым пунктом этого плана было решение о выводе французских войск с территории Германии, который должен был завершиться 31 июля 1925 г.
Уже одно это решение означало полное поражение Франции в борьбе за гегемонию в Европе в 1918-1923 гг. (М.В. Фрунзе, Избранные произведения, М., Воениздат, 1957, т. 2 (примечания), с. 490, 497).
Но основным элементом «Плана Дауэса» было предоставление финансовой помощи Германии от США и Англии в виде кредитов якобы для выплаты репараций Франции.
В 1924-1929 гг. Германия получила по «Плану Дауэса» от США – 2,5 млрд. долл., от Англии – 1,5 млрд. долл. (Примерно 400 млрд. долл. по курсу 1999 г.).
Это дало возможность германской промышленности полностью переоснастить свою материальную базу, практически стопроцентно обновить производственное оборудование и создать базу для будущего восстановления военного производства.
Согласно «Плану Дауэса» возрождение германской промышленности было рассчитано на реализацию её продукции на рынках стран Восточной Европы и СССР, которые должны были стать аграрно-сырьевыми придатками германского промышленного комплекса.
Превращение Восточной Европы и СССР в рынки сбыта германской промышленной продукции, помимо прибылей американским /точнее еврейским/ банкам, ставшим фактическими владельцами германских промышленных концернов, решало ещё 2 основных для американцев задачи:
ликвидация французского влияния в Восточной Европе и недопущение индустриализации СССР («История Великой Отечественной войны» в 6 томах, М., Воениздат, 1960, т. 1, с. 4, 34-35, «История Вто-рой Мировой войны» в 12 томах, т. 1, с. 20, М.В. Фрунзе, Избранные произведения, т. 2, с. 479, История СССР, М., «Просвещение», 1983, ч. 3, с. 171).
Один из соавторов и исполнителей «Плана Дауэса», германский банкир Шахт, подводя его итоги в 1929 г. с удовлетворением отмечал, что «Германия за 5 лет получила столько же иностранных займов, сколько их получила Америка за 40 лет, предшествовавших Первой Мировой войне» («История Великой Отечественной вой-ны» в 6 томах, т. 1, с. 4).
К 1929 г. Германия обогнала Англию по объёму промышленного производства (12% общемирового) и заняла второе место в мире после США (44%) («История Второй Мировой войны» в 12 томах, т. 1, с. 112).
В 1929 г. американские инвестиции в Германии составили 70% всех иностранных капиталовложений, и большая часть из них принадлежала американской финансовой группе Моргана.
Таким образом, на смену мировой финансовой гегемонии Ротшильдов, длившейся с 1815 по 1917 г., пришла финансовая гегемония Морганов, которые до 1915 г обслуживали интересы Ротшильдов в Северной и Южной Америке.
Вот как оценивает итоги «плана Дауэса» американский исследователь Ральф Эпперсон: «Без капиталов, предоставленных Уолл-Стритом, не существовало бы Гитлера и Второй Мировой войны» (Р. Эпперсон, «Невидимая рука»… , с. 294). В 1929 г. вся германская промышленность принадлежала фактически различным американским финансово-промышленным группам.
Принадлежавшая Рокфеллеру «Стандарт Ойл» контролировала всю германскую нефтеперерабатывающую промышленность и производство синтетического бензина из угля (Р. Эпперсон, с. 294).
Банковскому дому Моргана принадлежала вся химическая промышленность в лице концерна «И.Г. Фарбенидустри». Через принадлежавшую Морганам американскую компанию связи «ИТТ» они контролировали 40% телефонной сети Германии и 30% акций авиастроительной фирмы «Фокке-Вульф». Через «Дженерал электрик» Морган контролировал германскую радио- и электротехническую промышленность в лице германских концернов «АЭГ», «Сименс», «Осрам». Через «Дженерал моторз» Морган контролировал германский автомобилестроительный концерн «Оппель».
Генри Форд контролировал 100% акций концерна «Фольксваген».
К моменту прихода Гитлера к власти под полным контролем американского финансового капитала находились такие ключевые отрасли германской промышленности, как нефтепереработка и производство синтетического горючего, химическая, автомобилестроительная, авиационная, электротехника и радиоприборостроение, значительная часть машиностроения. Всего 278 фирм и концернов, а также ключевые банки, такие как «Дойче банк», «Дрезднер банк», Донат банк» и ряд других. (Р. Эпперсон, с. 294, «История Великой Отечественной войны» в 6 томах, т. 1, с. 34-35, «История Второй Мировой войны» в 12 томах, т. 1, с. 112, 183 и т. 2, с. 344).
«Советская обособленность»
Говоря о значении «Плана Дауэса» в отношении СССР с точки зрения американского и английского финансового капитала, министр иностранных дел Англии О. Чемберлен в феврале 1925 г. отмечал, что «Россия нависла, как грозовая туча, над восточным горизонтом Европы – угрожающая, не поддающаяся учёту, но, прежде всего, обособленная».
Поэтому, по его мнению, необходимо: «определить политику безопасности вопреки России и даже, пожалуй, за счёт России». (Локарнская конференция 1925 г., Документы, М., 1959, с. 43).
Именно «безучётность» и «обособленность» СССР больше всего тревожили американских и английских банкиров.
Для преодоления этой «обособленности» в октябре 1925 г. в швейцарском городе Локарно открылась международная конференция с участием Англии, Франции, Германии, Италии, Бельгии, Польши и Чехословакии. Цели конференции определил госсекретарь США Ф. Келлог: «Конференция в Локарно, естественно, следовала за работой комитета Дауэса». (Conngressional Record, vol. Pt 1., Washington, 1926, p 906).
Хотя США формально не принимали участия в работе конференции, они руководили и направляли её работу. По этому поводу лидер Компартии Германии Тельман отмечал: «Американские банкиры не участвуют в Локарно официально. Но американский финансовый капитал, рассматривающий Европу, как большую колонию, весьма деятельно сотрудничал при осуществлении Локарно. Представители американского финансового капитала недвусмысленно дали понять, чего американский империализм желает в Локарно». (E. Thalmann, Lokarno der neue Krigpakt. Berlin, 1925, s. 4).
Основной целью США в Локарно было «примирение» Англии и Франции с Германией. Для этого на конференции был выработан и заключён так называемый «гарантийный пакт», в который вошли Англия, Франция, Германия, Италия, Бельгия. К данному пакту затем, на гораздо менее выгодных условиях, присоединились Польша и Чехословакия.
Таким образом, в обмен на дополнительные политико-юридические гарантии безопасности Франция фактически отказалась от своего влияния в Восточной Европе в пользу Германии. Страны «Малой Антанты» (Польша, Чехословакия, Румыния, Югославия, Греция) были открыты для доступа Германии, а, значит, США. Кроме того, Франция потеряла возможность с помощью своих восточно-европейских сателлитов угрожать Германии с востока.
После того, как в Локарно были на американских условиях «решены» основные европейские противоречия, американский финансовый капитал решил обратить серьёзное внимание на СССР, чтобы покончить с его, по выражению О. Чемберлена, «обособленностью».
Спустя месяц после завершения конференции в Локарно, в СССР в ноябре 1925 г., вместо разбитого и изолированного Троцкого, вдруг возникает так называемая «Новая оппозиция» в лице Зиновьева и Каменева, которая по своей политической программе ничем не отличалась от троцкизма, т.е. собиралась под прикрытием дискуссии «о невозможности построения социализма в отдельно взятой стране» покончить в интересах американских банкиров с этой самой «советской обособленностью».
Когда же к исходу 1926 г. «Новая оппозиция» и воссоединившийся с ней Троцкий потерпели крах и утратили позиции в советском руководстве, а XV съезд ВКП(б) объявил о начале процесса индустриализации в СССР, американские банкиры начали кампанию силового давления на Советский Союз во внешнеполитической сфере.
23 февраля 1927 г. английский МИД направляет СССР ноту с угрозой разрыва дипломатических отношений.
В апреле 1927 г. китайская полиция в Пекине по указанию американского и английского послов берёт штурмом советское посольство и убивает несколько советских дипломатов.
27 мая 1927 г. в Лондоне английская полиция захватывает советское торговое представительство, после чего английское правительство объявило о разрыве дипотношений с СССР.
7 июня 1927 г. в Варшаве на вокзале убит советский посол Войков, после чего из США последовал крупный заем Польше на военные нужды…
Однако это давление вызвало противоположные результаты – осенью 1927 г., в результате провала путча (см. Троцкистский путч) руководители «Новой оппозиции» лишаются всех занимаемых ими к этому времени государственных и партийных постов, – и начинается восстановление мощи Красной Армии путём начала наращивания её численности, улучшения работы военной промышленности и начала создания мобилизационных резервов.
По мере того, как в СССР теряли позиции сторонники «Плана Дауэса», американские банкиры вновь обратили внимание на Гитлера и его партию, которые после провала «пивного путча» 1923 г. несколько лет пребывали в почти полном забвении.
С конца 1926 г., после очевидного провала троцкистко-зиновьевского блока и принятия XV съездом ВКП(б) курса на индустриализацию, т.е. превращение СССР в промышленно развитое, самодостаточное государство, к Гитлеру вновь начинает сочиться ручеёк денег от различных германских фирм и банков, который превращается в водопад с конца 1928 г., когда в СССР начинается выполнение первой пятилетки и когда, спустя год, в конце 1929 г. из высшего политического руководства СССР устраняется последняя группа агентов влияния американского финансового капитала во главе с Бухариным, так называемая «правая оппозиция».
Гитлер и Рузвельт
Отличие было только в том, что если в 1923 г. американцы финансировали Гитлера непосредственно, через швейцарские банки, то в 1926-1932 гг. это делалось через германские банки и промышленные концерны, которые к этому времени превратились в германские филиалы различных американских финансово-промышленных групп и, прежде всего, Моргана.
Процесс привода Гитлера к власти был затяжным и многоступенчатым, отражая в период 1928-1933 гг. колебания и надежды американских банкиров на то, что первая советская пятилетка провалится и СССР, оказавшись после этого в глубоком политико-экономическом кризисе, станет для них лёгкой добычей и можно будет обойтись без сильной Германии.
Весной 1930 г. в Германии от власти отстраняется коалиционное правительство, возглавляемое социал-демократом Г. Мюллером.
Его сменило правительство Г. Брюнинга, состоящее только из представителей правых партий. Так завершился период правления социал-демократов в Германии 1918-1930 гг., и началось постепенное свёртывание буржуазной демократии, так называемый «период президентских правительств» 1930-1933 гг.
В июле 1930 г. Брюнинг распускает рейхстаг, хотя по закону его полномочия истекали только в 1932 г. Это было сделано с целью использовать недовольство населения экономическим кризисом и превратить нацистов в крупную парламентскую силу. Что и произошло.
На состоявшихся 14 сентября 1930 г. выборах в рейхстаг нацисты получили 6 млн. 800 тыс. голосов избирателей (на предыдущих выборах 1928 г. – 800 тыс.) и 107 мест в рейхстаге (1928 г. – 12 мест).
Этот успех нацистов вызвал положительный отклик у американской и английской прессы, принадлежавшей крупнейшим газетным магнатам того времени в США и Англии Херсту, Ротемиру, Бивербруку и ряду других (Л.И. Гинцбург, «Рывок Гитлера к власти», «Новая и Новейшая история», №1, 1968, с. 83-84).
Успех нацистов на выборах 1930 г. дал повод канцлеру Брюнингу начать переговоры с ними о вступлении в его коалиционное правительство.
Но хозяева Гитлера считали, что этого делать не стоит. В рождественском номере 1930 г. одной из влиятельных германских газет был помещён вопрос «Как вы расцениваете участие Гитлера в правительстве?» Известный тогда в Германии историк Шюслер, отражая точку зрения подлинных хозяев Гитлера, ответил: «Слишком рано!»
Далее он объяснил, что участие нацистов в коалиционном правительстве нерационально, поскольку ослабит нацистскую партию «из-за противоречия между идеей и действительностью», т.е. между социальной демагогией и реальной политикой, и тем самым затруднит нацистам последующий захват всей полноты власти.
В это же время атташе американского посольства в Берлине Д. Гордон сообщал госсекретарю Г. Стимсону: «Нет никакого сомнения, что Гитлер получил значительную финансовую поддержку от определённых кругов промышленников. Как раз сегодня до меня дошёл слух из источника обычно хорошо информированного, что представленные здесь различные американские финансовые круги весьма активно действуют в том же направлении. (Papers Relating to the Foreign Relation of the Unated State, Washington, 1945, Vol III, p. 84, «История Второй Мировой войны» в 12 томах, т. 1, с. 113-114).
Осенью 1930 в США побывал председатель рейхсбанка Германии Шахт, обсуждавший со своими американскими коллегами детали предстоящего прихода Гитлера к власти.
Спустя год, 11 октября 1931 г., в городе Гарцбурге состоялось совещание видных германских банкиров и промышленников совместно с представителями высшей аристократии и генералитета. На совещание был также приглашён Гитлер. Шахт довёл до сведения присутствующих мнение американцев о необходимости установления в стране диктатуры нацистской партии.
Дальнейшие события развивались сравнительно неторопливо вплоть до мая 1932 г., когда СССР объявил о выполнении первого пятилетнего плана и завершении в основном процесса индустриализации. Кроме этого объявления существовали и объективные данные, показывавшие американцам, что их надежды на возможный провал первой пятилетки не оправдались.
Если в 1928 г. СССР ввозил из-за рубежа, и, прежде всего США, Германии и Англии, 81% необходимого количества продукции машиностроения и промышленного оборудования, то в 1931 г. этот показатель снизился до 17,8%. («Экономическая история СССР», М., «Высшая школа», 1987, с. 204-205).
Разница между двумя этими показателями, образовавшаяся всего за 3 года, означала фактический крах «Плана Дауэса» в отношении СССР.
После этого события стали развиваться стремительно.
В конце мая 1932 г. под давлением германских банкиров и аристократии, объединённых в так называемый «Клуб господ», ушло в отставку правительство Брюнинга, и ему на смену пришло правительство Папена, формально не нацистское, но по сути профашистское, призванное непосредственно подготовить приход нацистов к власти.
В середине ноября 1932 г. 17 крупнейших банкиров и промышленников направляют президенту Гинденбургу письмо с требованием назначить Гитлера рейхсканцлером. С этим же требованием в это же время к Гинденбургу дважды обращался бывший наследный принц кайзеровской Германии.
4 января 1933 г. на вилле банкира Шрёдера близ Кёльна состоялось очередное совещание германских финансистов, на котором было решено привести Гитлера к власти в течение ближайших нескольких недель, что и было сделано в конце января 1933 г.
Одновременно с установлением к концу января 1933 г. национал-социалистического режима в Германии был установлен национал-социалистический режим и в самих Соединённых Штатах Америки в лице президента Рузвельта и его «Нового курса».
За несколько месяцев до официального вступления Рузвельта в должность, члены администрации усердно изучали опыт режима Муссолини в Италии. Впоследствии бывший до Рузвельта президентом США Гувер, ознакомившийся с пакетом документов «Нового курса», вспоминал: «Я пытался объяснить им, что это чистый фашизм, что это простая переделка «корпоративного государства» Муссолини». (Р. Эпперсон, «Невидимая рука», 2-е изд., с. 296, 298-299).
И действительно, между политикой «Нового курса» Рузвельта в США и Гитлера в Германии было поразительно много общего.
Небывалая до этого при капитализме степень вмешательства государства в экономику, создание из безработных трудовых армий, выполняющих крупномасштабные строительные работы общегосударственного значения, главным образом по строительству дорог, уничтожение психбольных в Германии и их стерилизация в США.
Единственным отличием было сохранение в США многопартийности и формальной демократии.
Восток – дело тонкое
Создавая в лице Германии очаг будущей войны в Европе, американские банкиры обеспечивали аналогичный очаг и в Азии. Этим азиатским очагом стала Япония.
В годы Первой Мировой войны Япония добилась господствующего экономического положения в Китае. Но в 1922 г. на Вашингтонской конференции американцы заставили японцев уйти из Китая. Однако после этого ещё 5 лет американцам не удавалось на равных соперничать в Китае с Англией и Францией.
Американское влияние в Китае стало быстро расти после прихода к власти 12 апреля 1927 г. правых националистов во главе с Чан Кайши.
К 1930 г., по сравнению с 1914 г., американские капиталовложения в Китае выросли в 3,7 раза, правительственные займы и финансовая помощь – в 6 раз («История Великой Отечественной войны» в 6 томах, т. 1, с. 8-9).
Однако к началу 1930 г. американцы серьёзно разочаровались в режиме Чан Кайши.
Ему не удалось восстановить единство страны путём ликвидации коммунистов и генеральских феодальных клик.
Сокрушительный разгром войск Чан Кайши в Манчжурии войсками советской Дальневосточной армии в ноябре-декабре 1929 г. показал невозможность его использования, как средства внешнего вооружённого давления на СССР.
Поэтому американцы стали срочно искать на Дальнем Востоке новую силу, которая могла бы навести порядок в Китае для того, чтобы сделать его территорию пригодной для размещения там своих капиталов и силового воздействия на СССР извне.
Поскольку внутри Китая такой силы не оказалось, было решено искать её за его пределами.
Выбор пал на Японию, которая после её вытеснения из Китая в 1920-1922 гг. Англией, Францией и США, нуждалась в рынках и капиталах для своей бурно развивавшейся промышленности.
Таким рынком мог быть только Китай, а капиталы находились в США.
Позицию США в предстоящей войне Японии с Китаем президент США Гувер сформулировал следующим образом:
«Мы должны указать, что Китай оказался не в состоянии обеспечить должный порядок внутри страны, который предусматривался договорами. Значительная часть Китая оказалась под влиянием китайских коммунистов, сотрудничающих с Россией. Правительство Манчжурии оказалось в руках авантюриста, не признающего китайского правительства, а Китай не принимает никаких мер, чтобы заставить его подчиняться. На этой территории царит анархия, что совершенно недопустимо». (The Memoirs of Herbert Hoover, New York, 1952, vol. I, p. 369, «История Второй Мировой войны» в 12 томах, т. 1, с. 94).
В Вашингтоне считали, что вторжение японцев в Манчжурию (Северо-восточный Китай) заставит Чан Кайши ещё больше ориентироваться на США и приведёт в дальнейшем к войне Японии и СССР.
В июне 1930 г США подняли таможенные пошлины на японские товары, ввозимые на их территорию, на 23% и тем самым полностью закрыли для японцев свой рынок. Японский экспорт сразу сократился на 40% («Мировые экономические кризисы 1848-1935 гг.», М., 1937, т. 1, с. 420-424).
Тем самым американцы ясно указали Японии, что ей надо искать другие рынки. Всё это вместе с финансовой зависимостью от США заставило Японию начать завоевание Манчжурии.
Когда 18 сентября 1931 г. началось японское вторжение в Манчжурию, то под давлением США Чан Кайши отдал приказ своим войскам в Манчжурии отходить, не оказывая сопротивления японцам. В направленном в Лигу Наций письме в связи с японским вторжением правительство Чан Кайши даже не квалифицировало эти действия Японии как агрессию.
За те полтора года, в течение которых происходила оккупация Манчжурии Японией, американские поставки и финансовая помощь Японии составили 182 млн. долл. («История Второй Мировой войны» в 12 томах, т. 1, с. 94). По нынешнему курсу это около 9 млрд. долл.
Как признают авторы советской 12-томной «Истории Второй Мировой войны», «до середины 1939 г. Япония вела внешнюю политику, согласованную с США» (т. 1, с. 314-315). Насколько велика была эта согласованность, можно судить по тому факту, что в 1933 г. по приказу из США Япония и Германия почти одновременно вышли из Лиги Наций.
В 1937 г. Япония по приказу из США начинает новую войну в Китае с тем, чтобы подорвать в нём позиции англо-французского капитала и расширить сферу американского влияния в Китае за счёт Англии и Франции.
Чтобы парализовать возможное вмешательство СССР на стороне Чехословакии и обеспечить Мюнхенский сговор, по приказу из США Япония 29 июля 1938 г. организовала вторжение на советскую территорию в районе озера Хасан 3-х пехотных дивизий и механизированной бригады.
В мае-августе 1939 г. широкомасштабный советско-японский вооруженный конфликт на реке Халхин-Гол в Монголии преследовал цели отвлечь силы СССР из Европы накануне нападения Германии на Польшу и заставить Советский Союз принять германское предложение заключить пакт о ненападении, которое и последовало в разгар боев.
Задача отвлечения советских сил из Европы в этот период была в целом выполнена.
В первой половине 1939 г. численность советских войск на Дальнем Востоке должна была по плану вырасти на 57 тыс. человек, а фактически увеличилась многократно – на 345 тыс. человек.
США щедро финансировали Японию для сковывания СССР на Дальнем Востоке.
Только в 1938 г. финансовой группой Моргана Японии было предоставлено займов на 125 млн. долл. А общая американская помощь Японии в 1937-1939 гг. составила 511 млн. долл. («История Второй Мировой войны» в 12 томах, т. 1, с. 36; В. Аварин, «Борьба за Тихий океан», М., 1952, с. 247; Б. Марушкин, «Американская политика “невмешательства” и японская агрессия в Китае (1937-1939 гг.)», М., 1957, с. 35, 53, 96, 109, 153).
Торговый атташе посольства США в Японии, побывав в 1937 г. на японско-китайском фронте, признавал:
«Если кто-либо последует за японскими войсками в Китае и увидит, сколько у них американского снаряжения, то он получает право думать, что следует за американской армией» (И. Попов, «Япония», М., 1940, с. 94).
Вооружённой рукой. Чужой
Едва только Гитлер был приведён к власти, как США тут же начали использовать его, как таран для подрыва позиций европейского финансового капитала.
В октябре 1933 г. Германия выходит из Лиги Наций.
В январе 1934 г. между Германией и Польшей заключается договор о ненападении, в результате которого Польша из сферы англо-французского влияния перешла в сферу германского, а, значит, и американского влияния.
В ответ начинаются попытки заигрывания европейского капитала с СССР.
В конце 1933 г. СССР получает приглашение вступить в Лигу Наций и в 1934 г. вступает в неё. В 1935 г. на VII Конгрессе Коминтерна в Москве следует отказ от политики прямого захвата власти коммунистами в европейских странах и возникает идея блока компартий с различными леволиберальными реформистскими силами, получившая практическое оформление в виде так называемых «народных фронтов». В том же 1935 г. заключается военно-политический союз между Францией, СССР и Чехословакией, направленный против Германии.
В ответ на это Германия по приказу из США в марте 1936 г. вводит войска в демилитаризованную Рейнскую область.
На то, что данный ввод войск был не личной инициативой Гитлера, указывают и многие западные историки.
Так, один из них, Б.Л. Гарт писал: «Менее всего Гитлер хотел развязать ещё одну мировую войну. Гитлер, несмотря на свою беспринципность, длительное время проявлял исключительную осторожность в осуществлении своих целей. Военные руководители проявляли ещё большую осторожность. Когда в марте 1936 г. Гитлер решил занять войсками Рейнскую демилитаризованную зону, его генералы были встревожены этим решением. В результате их протестов вначале в Рейнскую зону было направлено несколько символических подразделений» (Бэзил Лиделл Гарт, «Важнейшие стратегические решения» в книге «От «Барбароссы» до «Терминала»«, М., Политиздат, 1988, с. 15-16).
В ответ на приход летом 1936 г. к власти правительства «Народного фронта» в Испании и Франции последовал организованный немецкой разведкой по указанию из США мятеж генерала Франко, а затем германо-итальянская интервенция в Испании.
А в Африке фашистская Италия с целью подрыва английского влияния, опять-таки по указанию из Вашингтона, в 1935-1936 гг. оккупировала Эфиопию.
На Дальнем Востоке с аналогичной целью в 1937 г. Япония начинает завоевание Китая.
Этот компромисс и взаимное заигрывание между Ротшильдами и СССР в 1933-1937 гг., завершился в 1937 г.
Сигналом завершения стал приход к власти в ноябре 1937 г., в Англии правоконсервативного правительства Чемберлена.
Причиной конца этого процесса было, с одной стороны, мощное внешнеполитическое давление США в период 1935-1937 гг., о котором говорилось выше, а с другой – разгром в СССР в 1936-1937 гг. военно-политического антисталинского заговора.
И хотя руководители заговора ориентировались на США и Германию, европейские банкиры надеялись, что в случае свержения Сталина им тоже кое-что перепадёт.
Что касается самого заговора, то о его подготовке в зарубежной печати писали ещё в начале 30-х годов. Например, в органе русской белогвардейской военной эмиграции, журнале «Часовой», в одном из номеров в начале 1931 г. об

http://nnm.ru/blogs/johny1987/kak_amerikanskie_evreyskie_bankiry_podgotovili_i_razvyazali_vtoruyu_mirovuyu_voynu_2/#cut

 

http://video.yandex.ru/users/gudykin/view/26

Адольф Гитлер стал руководителем Германии благодаря активной поддержке Англии и США. Целью этой комбинации было еще раз натравить немцев на русских, как это уже удалось сделать в 1914 году Великобритании. 
----

http://video.yandex.ru/users/dmitvavilov/view/424

Вторая мировая война. Можно ли было предотвратить еe или мог ли Сталин остановить Гитлера? Фильм дает ответ на один из важнейших вопросов в истории ХХ века. 
Сюжет картины основан на уникальных документах Службы внешней разведки России, которые были специально рассекречены к этой дате и еще никогда не публиковались

Евреи на службе в Третьем рейхе

http://www.youtube.com/watch?v=Y3KOD0HgUT0&feature=related

http://www.youtube.com/watch?v=Rsi5ddcqUcM&feature=related

http://www.youtube.com/watch?v=AnOwEpa6Vfw&feature=related

Призыв д-ра Рата к народам мира, Берлин 13.03.2012

www.youtube.com/watch?v=cDBSF7ENTfk

 

karlhaushofer rudolfhessГитлер как проект англо-саксонской геополитики.

№05 (68). Май 2012

 

 

Термин «геополитика» после Второй мировой войны стал почти запретным в Германии, его, как правило, ассоциируют с фашизмом, нацизмом, ставят в один ряд причин развязывания германо-фашистского нашествия. Фигура одного из наиболее выдающихся геополитиков мира, генерала Карла Хаусхоффера выглядит почти зловещей, тем более, что планировалось привлечь его к Нюрнбергскому процессу, и только самоубийство генерала позволило подобного избежать.

 

 Советская сторона, кстати, на привлечении К. Хаусхоффера к суду не настаивала. Однако англичане «стояли насмерть», требуя посадить Хаусхоффера на одну скамью с главными нацистскими преступниками. Естественно, англичан поддерживали американцы. Карл Хаусхоффер, понимая, что будут судить не только его, как «идеолога» теории расширения жизненного пространства для немцев, но прежде – немецкую классическую геополитику, а косвенно - всю школу континентальной геополитики, принял решение прибегнуть к пистолетному выстрелу в висок.

 Так в чем же виновна немецкая геополитика, формировавшаяся талантами Г.Ф. Гегеля, Э. Геккеля, Ф. Ратцеля, Р. Челлена, К. Шмитта и др.? Главной фигурой среди них в качестве геополитика выступает К. Хаусхоффер. Но так ли повлиял отставной генерал на решения Гитлера и высшего руководства третьего Рейха о развязывании мировой войны? Не предмет этой статьи подробно вдаваться в историю и сущность геополитики как научной теории и политической практики, рассмотрим лишь её прикладное значение во Второй мировой войне. И для начала отметим ряд следующих моментов. Геополитика есть слияние в едином процессе политики и пространства во всем его многообразии.

 Геополитика всегда сопровождает развитие и политические процессы государств, империй и цивилизаций. Однако не всегда государства (особенно тоталитарные) следуют выводам и логике геополитики. Порой геополитику побеждает идеология, религиозная и иная мистика, что и случилось с нацистской Германией. Ведущие геополитические школы (русская, немецкая, англо-саксонская) состоят в конкурентных противоречиях между собой и сильно влияют на реальную политику государств и коалиций. Континентальные (русская и немецкая) школы, как и государства, входящие в ареал континентального мира, могут взаимодействовать и быть в тесном долговременном союзе в противостоянии морской (англо-саксонской) геополитической конструкции. С морской цивилизацией (Британия и США, прежде всего) у Германии и России, а сейчас и у Китая, заменившего СССР в геополитическом противоборстве, основательных долгосрочных союзов быть не может: они непримиримые соперники (смертельные враги). «Дружить» могут только по интересам, временно, на период совпадения таковых.

 В преддверии Второй мировой войны геополитическая ситуация в мировом раскладе сил динамично изменялась, мир оставался европоцентричным, однако, геополитическая структура мира была неустойчивой. Но в политических процессах ведущие мировые игроки чётко придерживались сущности своих геополитических концепций, доктрин, стратегий. Сущность мировых процессов определялась следующими факторами:

 

  • Запад по-прежнему определял формирование основных мировых процессов, но он сам был разобщён, базировался на двух цивилизационных матрицах: англо- саксонской и романо- германской, имел разнонаправленные смыслы жизни и векторы внешнеполитической стратегии;
  •  
  • на мировую арену активно выходил новый глобальный субъект, в лице «мировой закулисы» (финансово-промышленный капитал в союзе с политическими и военными элитами Запада), целевой установкой которого стала мировая власть финансового капитала;
  •  
  • Советский Союз сохранил и укрепил российскую государственность, наращивал военно-экономический, идейно-духовный и интеллектуальный потенциалы. Провозглашённые в 1917 году тезисы об освобождении трудящихся масс и колониальных народов от эксплуатации, о строительстве государства и социальной организации нового типа распространялись по всему миру и находили широкую поддержку;
  •  
  • массовая эмиграция русской интеллигенции на Запад (прежде всего в Европу) вдруг выявила в глазах западного обывателя огромную духовно-интеллектуальную силу, которая накопилась в России и которая значительно превосходила по своей мощи западный дух и интеллект, проявились особость русского характера и всечеловеческая устремлённость, о которых европейцы ранее не подозревали;
  •  
  • несмотря на серьезные проблемы в СССР, ниспровержение прежней властно-сословной системы, в Советской России сохранились и развивались русская традиция, скорее языческого, чем христианского типа, великая русская культура, наука, военное дело. И, подчеркну особо, проявлялась на практике сущность русской геополитики, впитавшей в себя отрицание западнического поклонения, и конструирование евразийского, а затем и славянского миров (течения славянофилов и евразийцев).
  •  

 

Принципиальным отличием от западной геополитической практики на советском (евразийском) пространстве явилось выстраивание союза народов, но не государств.

 Ещё один фактор взбудоражил немцев, французов и англичан – рост славянского населения в Европе. В 1810 году доля славян (включая европейскую часть России) составляла не более одной трети, в 1910 г. - 42 %, в 1938 г. – 46 %, к 1950 г. должна составить не менее 50%. В 1938 г. немецкий философ В. Шубарт делает вывод: «Грандиозное событие, которое готовится, - это восхождение славянства как ведущей культурной силы. Возможно, кому-то это режет слух, но такова судьба истории, которую никому не дано остановить: грядущее столетия принадлежат славянам». В Европе же, по мнению В. Шубарта, «возникают симптомы культурной усталости, пресыщенности, духовных падений. … Европейский континент охватывает нарастающее беспокойство». Ни Европа, ни Америка не могли предложить человечеству новых философских идей, новой формы мироустройства и социальной структуры общества, программы развития народов мира. Большевики, развивая мессианскую традицию русской геополитической мысли, предложили: новый смысл жизни, новую философию международных и человеческих отношений, новый тип государства, иной, чем на Западе архетип человека. Другой вопрос – методы решения этой грандиозной задачи в условиях жёсткого (непримиримого) противостояния мировоззренческих и идеологических платформ. Они, безусловно, заслуживают внимательного и объективного исследования и осуждения.

 Выдающийся русский мыслитель Н.Я. Данилевский в работе «Россия и Европа» (1871 г.) сделал ряд удивительных выводов, в том числе:

 

  • Европа исторически враждебна России и славянским народам;
  •  
  • историю человечества «делали» культурно-исторические типы (выделяет 10 таковых, причём европейские народы не в числе первых), каждый из которых развивает одну-две стороны культурной деятельности: еврейский тип развивал религию, греческий – искусство, римский – политику, романо-германский – науку и экономику;
  •  
  • славянский культурно-исторический тип (православно-славянская цивилизация – Л.И.) призван реализовать особую миссию в судьбе человечества, а именно – развивать одновременно все стороны человеческой деятельности: религиозность, политическую справедливость и творческую свободу, науку и искусство, создание гармоничного общественно-экономического строя, «что не удалось всем предшествующим типам культур».
  •  

 

Этот тип, по мнению Данилевского, ещё не проявил себя во всей полноте» и находится в стадии становления. Основой его должен стать русский народ и его культура. Именно славяне, с русскими во главе, призваны обновить мир, найти для всего человечества решение исторических проблем. Главную отличительную черту русского человека Н.Я. Данилевский видит в приоритете общественного над индивидуальным, в его стремлении быть полезным всему человечеству. А разве Ф.М. Достоевский не говорил о всечеловеческой сущности русского человека? Не менее интересно мнение Максимилиана Волошина, известного русского поэта, не воспринявшего революцию 1917г.:

 

Мы вправе рассматривать совершающуюся революцию как одно из глубочайших указаний о судьбе России и о её всемирном служении.

 Вторая мировая война вновь, как это бывало не раз в истории, призвала русский народ вместе с другими советскими и славянскими народами исполнить своё мессианское предназначение. Носителем же этой всечеловеческой миссии является особый архетип русского человека. По-моему, эту черту точно выразил после войны генерал де Голль: русский человек не может чувствовать себя счастливым, если где-то творится несправедливость.

 Существовавшие ранее архетипы европейского (прометеевского и готического) человека (гармоничный, героический, аскетический, мессианский) стали вырождаться еще в эпоху Реформации. На смену им приходят иные типажи: человек зоологический (человек-зверь), воспитанный геббельсовской пропагандой, человек либеральный (человек, не обремененный ответственностью перед обществом), человек экономический (человек - потребитель, индивидуалист), человек эгоистический (британские традиционалисты). Эти архетипы людей формировали политику западных государств. В СССР активное продолжение и развитие получал архетип «человек - личность», характерный и традиционный для славян. Этот архетип объединял в себе четыре начала: гармоничное, героическое, аскетическое, мессианское, что в полной мере проявилось в годы войны. Разнородность архетипов, их несовместимая противоположность и формирование на всём евразийском пространстве русского архетипа также мотивировали Запад к войне против СССР. И. Сталин и советское руководство настойчиво объединяли все народы СССР в единый образ, прототипом которого были А. Невский, А. Суворов, М. Кутузов, былинные богатыри. Уничтожение славянского архетипа человека стало одной из задач плана «ОСТ», утверждённого Гиммлером 12 июня 1942 г.. В нём предусматривалось уничтожение 30 млн. русских, белорусов, украинцев, выселение из захваченных территорий до 71 млн. человек, в том числе 85% поляков, 65% украинцев, 75% белорусов, 50% чехов.

 Но вернёмся к К. Хаусхофферу и к немецкой геополитике. Что же предлагала геополитическая мысль Германии, и в какой мере прислушивались к ней нацисты? В самых общих чертах попытаюсь изложить её сущность. Завершение эпохи геополитических открытий, колониальное освоение целых континентов, развитие капиталистического способа производства (машинного, прежде всего) привело к сжатию мирового пространства, потребовало радикального увеличения объёмов природных ресурсов для промышленности, выбросило на улицы миллионы безработных людей. Эти обстоятельства вынудили государства мыслить глобально и искать пути своего выживания в новом мире, перспективы развития. Геополитика была призвана найти ответы на возникшие проблемы. Искали ответы и немецкие исследователи. Первым мощно на мировую ситуацию взглянул Г.Ф. Гегель, раскрывший социальную сущность различных цивилизаций:«…земледельцы, населяющие равнины, способны к регулярному кропотливому труду, заинтересованы в поземельной собственности и развитии правовых отношений», «Особая миссия у морских народов […]: если низменность прикрепляет человека к земле, благодаря чему он становится зависимым в бесконечном множестве отношений, то море выводит его из этих ограниченных сфер», «… море призывает человека к завоеваниям и разбою…».

 Ф. Ратцель предложил концепцию «государство – живой организм», требующий в своем развитии новых пространств. Немецкая нация и германское государство, развиваясь, как и любой биологический организм, нуждаются в новых территориях. Р. Челлен обосновал необходимость расширения жизненного пространства за счёт более слабых соседей. При этом он не исключал применение силы (крылатая фраза Р. Челлена: государство не должно напрасно носить меч). Но о войне с Россией немецкие теоретики от геополитики речи не вели. К. Хаусхоффер развивал идеи больших пространств за счет союзов близких по цивилизационным признакам государств. И главным противником Германии и других континентальных стран он считал англо-саксов – Англию и США. С целью успешного противостояния «цивилизации моря», К. Хаусхоффер считал необходимым союз с Россией. Геополитик считал союз Германии с Россией главным стержнем германской внешней политики. Рапалльский мирный договор 1922 г. рассматривал первым шагом на пути к мощному евразийскому союзу, основу которого являют Россия и Германия. Его, пожалуй, с полным основанием можно отнести даже к евразийцам. В своих работах по теории больших пространств к союзникам он также относил Японию, «морскую державу с континентальным типом мышления», и Китай. Япония, по его мнению, необходима континентальному блоку для борьбы с Англией и США на океанских театрах военных действий. Поддержал К. Хаусхоффер, как и другой его современник и также известный немецкий геополитик К. Шмитт, подписание пакта «Молотов – Риббентроп» в августе 1939 г. Оба расценивали это событие как шаг от конфронтации Москвы и Берлина, возникшей после прихода Гитлера к власти в Германии, к сближению.

 «Только идея Евразии, воплощаясь политически в пространстве, даст нам возможность для долговременного расширения нашего жизненного пространства… Евразию невозможно задушить, пока два самых крупных её народа – немцы и русские – всячески стремятся избежать междоусобного конфликта, подобного Крымской войне или 1914 году: это аксиома европейской политики… Последний час англосаксонской политики пробьёт тогда, когда немцы, русские и японцы соединятся». Так говорил Гомер Ли».

 Так что англичанам и американцам было за что не любить немецкую геополитику и лично Карла Хаусхоффера. Да, немецкая геополитика по своей сути, подталкивала германскую элиту к насильственному расширению «жизненного пространства», как за счет соседей, так и путём передела колониального мира. Аншлюс Австрии, захват Чехословакии, операции на африканском континенте, и даже война против Польши, соответствовали геополитическим предначертаниям Германии. Но гитлеровское окружение взяло на вооружение скорее не геополитические концепции своих классиков, а теоретические разработки расологов и мистические воззрения специалистов из Аненербе, пытавшихся найти древнеисторические артефакты арийской особости и божественного предназначения немецкой нации. Но эта «божественность» заключалась в реализации своего превосходства над другими народами, их подчинении или уничтожении. А фюрер уверовал в свою исключительность, провидческий дар, воспринял как истину вывод мистиков, что он – инкарнация Карла Великого. Ну а далее в политику и военную стратегию вмешались «копье Лонгина», «чаша Грааля», и т.п. Даже музыка Вагнера. Политика превратилась в шабаш ведьмаков и шарлатанов. К началу Второй мировой войны места геополитике в определении политической стратегии Германии практически не осталось, а заключённые с СССР соглашения явились фикцией и прикрытием внезапного удара.

 В условиях мистического безумия гитлеровской камарильи ожидать какого-то следования логике геополитики было бы слишком наивным. Однако следует отметить, что германский генералитет сохранял разум, серьёзно осваивал военную стратегию и готовил вооруженные силы к сражениям. То же самое можно сказать о руководителях оборонно-промышленного комплекса Германии. Но и они верили фюреру, как последней надежде в освобождении от унижений версальского мира и возрождении немецкого духа. В головах генералов и промышленников доминировали дух реванша и отмщения. В первую очередь это относилось к англичанам и французам, но и к русским отношение было отнюдь не дружеским: генералы помнили, чьи армии оказали решающий вклад в победу Антанты. Геополитике в этом слое места также не находилось.

 И ещё один важный момент, способствовавший неизбежности войны между Востоком и Западом: чёткое следование англосаксов своей геополитике - геополитическим концепциям Х. Маккиндера и А. Мэхэна. Принцип британской стратегии «разделяй и властвуй» активно работал не только на колониальном пространстве, но и в Европе, да и в англо- саксонском ареале. У. Черчиль и вся британская элита, их американские союзники-конкуренты в качестве первейшей задачи ставили недопущение советско-германского союза и, особенно, оси Германия – СССР – Япония. Такую конфигурацию они считали смертельно опасной для англосаксонского мира. Поэтому, когда Гитлер и его окружение взяли на идеологическое вооружение расовую уникальность германской нации, для большинства же народов (в том числе для славян) ввели категорию «унтер менш», то есть «недочеловек», Англия и США не возмутились, не потребовали соблюдения «прав человека». Более того, по итогам 1938 г. в Британии Гитлер объявлен «человеком года». Британская политическая и финансовая элиты настойчиво реализовывали свою давнюю стратегию стравливания немцев и русских на полях сражений (как ранее им удавалось направить Наполеона в Россию, столкнуть Германию и Россию в Первой мировой войне). С 1933 г. британские спецслужбы и мировой финансовый капитал приступили к осуществлению операции «Адольф Гитлер». Именно с берегов Темзы был запущен миф об угрозе большевизма как общей опасности «свободному миру», т.е. Западу.

 Выход для «борьбы с большевизмом» был найден в формировании и планомерной реализации концепта «фашизм против большевизма». Поэтому на Западе (США и Великобритания, прежде всего) не препятствовали (если не способствовали) приходу Гитлера к власти в Германии, более того – всячески поощряли его «Дранг нах Остен», не обеспокоились созданием союза стран «Оси», очень соответствующего стратегии «анаконды» американского геостратега адмирала А. Мэхэна, помогали нацистам создать мощную военную экономику и армию. В идеологическом плане коммунистическую идею «борьбы классов» теневым силам англо-саксонского мира удалось подменить «борьбой наций и народов» против большевистской России, против коммунизма. Тот же В. Шубарт писал: «Я сейчас ставлю вопрос не о том, что значит большевизм для России, а о том, что он значит для Европы; причем вопрос не стоит так: третий рейх, или третий Интернационал, фашизм или большевизм. Нет, речь идёт о мировом историческом конфликте между частью света Европой и частью света Россией, между западноевропейским и евразийским континентами». То есть извечная историческая борьба разных культурно-цивилизационных основ, разных смыслов жизни. Извечное непонимание Западом российской души, отторжение её, стремление к завоеванию российских просторов. Таким образом, грядущая мировая война готовилась как борьба за мировое господство, главным её содержанием являлась решающая битва за геополитическое пространство Евразии – пространство, являвшее собой не только важный географо-ресурсный потенциал, но иной, кардинально отличный от западной цивилизации образ человеческого сообщества. Россия (СССР) как геополитический центр евразийского материка была, как и ранее, главным объектом устремлений претендентов на глобальное доминирование. «Традиции и жизненные интересы Англии, - писал будучи премьер- министром Великобритании Л. Джордж, - требуют разрушения Российской империи, чтобы обезопасить английское господство в Индии и реализовать английские интересы в Закавказье и Передней Азии». Изоляция СССР, агрессивные проявления Запада с первых дней советской власти привели к ещё двум историческим последствиям:

 

  1. в России, впервые со времен Петра I, исчезла прозападная партия;
  2.  
  3. Россия сняла с себя унизительное бремя подражания Европе, стремление стать частью европейского мира, «обезьяничанья» перед Европой, по Н. Данилевскому. СССР осуществлял самостоятельную разновекторную внешнеполитическую стратегию, отвечающую сущностной парадигме русской геополитики (хотя сам термин «геополитика» был вытеснен из словарного обихода марксизмом-ленинизмом).
  4.  

 

А что касается попыток западных и российских фальсификаторов истории увязать возникновение фашизма как реакцию на утверждение большевизма в России, то это явная ложь: фашизм явился в Европе как реакция на либерализм, усиление еврейского капитала и стремление банков активно влезать во власть. Идеология нацизма возникла как попытка встряхнуть немецкий народ, дать ему импульс к активности, вернуть в лоно порядка и подчинённости, преградить проникновение либерализма и революционных настроений. «Или мы поднимемся путем возрождения древней чистопородной крови и повышенной воли к борьбе до очищающих успехов, или же последние германско-западные ценности цивилизации и государственного воспитания погрузятся в грязные потоки городов мира, искалечатся на раскаленном асфальте озверевших нелюдей или прорастут возбуждающим болезнь ростком в виде скрещивающихся между собой выходцев из Южной Америки, Китая, Голландской Индии, Африки» - писал в 1930 г. идеолог германского нацизма А. Розенберг. Опять ни о каком большевизме речь не идёт.

 Фашизм как форма власти возник в охваченной кризисом Италии (1920 г.), в 30-е гг. ХХ столетия утвердился в Германии, Испании, Португалии, Венгрии как реакция на экономический кризис, переход экономики к машинному производству, выкинувшему на улицы массы безработных людей, но не на большевизм. В Россию Гитлер шёл за «жизненным пространством» для немцев, о чём он открыто писал в «Майн Кампф» еще в 1925 г.: «Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, имеем в виду только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены». Добавим: в качестве одной из причин поддержки гитлеровского режима со стороны США и Великобритании опять же явились выводы англосаксонских геополитиков (Х. Маккиндер, А. Мэхэн) о смертельной опасности для интересов держав морской цивилизации создания германо-российского союза. В этом случае Лондону и Вашингтону пришлось бы позабыть о мировом господстве и лишиться ряда колоний. Раппальский договор 1922 г. и последующее сближение (особенно в военной и военно-промышленной сферах) Германии и СССР усиливали как саму возможность образования альянса против англосаксов, так и их обеспокоенность. Так что Гитлер оставался едва ли не последней надеждой на разрушение формируемого союза. Мне представляется, что Гитлер был явным ставленником англо-саксонской элиты и мирового капитала. На чём основано это убеждение? Во-первых, Гитлер действовал вопреки выводам всех основателей немецкой геополитической классики и военной стратегии, которые в основе своей считали главным противником Германии страны «морской цивилизации», вопреки завещанию «железного канцлера» О. Бисмарка «никогда не воевать с Россией». Во-вторых, именно британская политика не только «не замечала» серьёзные нарушения Версальского мирного договора (не создавать вооружённые силы, не производить тяжёлые вооружения и т.д.), но британские банки финансировали развитие оборонной промышленности гитлеровской Германии, а дипломатия Лондона поощряла движение Гитлера на Восток (аншлюс Австрии, Мюнхен). В-третьих, Гитлер не являлся автором расовой теории третьего рейха, но именно он «развил» её до уровня нацистского фашизма, противопоставив немцев (извечных врагов Англии) всему человечеству. Что касается славян, то даже идеолог расизма А. Розенберг относил их к нордической «ослабленной» расе.

 С приходом Гитлера к власти в Германии Советская Россия приостанавливает военное и военно-техническое сотрудничество, руководство государства в главной газете страны даёт политическую оценку фашистскому режиму Германии: «…фашисты стремятся к новому переделу мира, проводят курс на развёртывание агрессии во всем мире». 12 декабря 1933 г. ЦК ВКП(б) принимает постановление о развёртывании борьбы за коллективную безопасность в Европе и в мире в целом, СССР подает заявку на вступление в Лигу наций. В 1934 году СССР предлагает создать Восточный пакт о взаимной помощи с участием Чехословакии, Польши, Латвии, Литвы, Эстонии, Финляндии и Советского Союза. Отдельно предлагается заключить пакт с Францией. Министр иностранных дел Франции Л. Барту незамедлительно поддерживает инициативу СССР, после чего его немедленно убивают. Таким образом, Восточный пакт не состоялся. В 1935 г. все ведущие европейские страны заключают союзные отношения с Германией, в 1936 г. Германия и Япония подписывают Антикоминтерновский пакт. 20 февраля 1938 г. в бундестаге Гитлер заявляет, что Германия стремится к сближению со всеми государствами, только не с Советской империей. Затем следует Мюнхен. Британский журнал «Тайм» в номере от 2 января 1939 г., ряд других изданий единодушно признают А. Гитлера человеком 1938 года. Так что Гитлер и фашизм – это проект Запада, а не реакция на советскую власть и коммунистическую идеологию. «Русские не стремились властвовать, не хотели распространять коммунизм. Они желали безопасности, и лишь коммунисты и их попутчики могли её обеспечить», - пишет серьезный западный авторитет по истории Второй мировой войны А. Тейлор. В этой фразе звучит и подтверждение вывода серьёзных специалистов, что геополитической сущностью Запада является агрессия, в то время как сущность России (СССР) – безопасность. «Агрессия на протяжении столетий является единственной формой общения Запада с внешним миром. <…> Хроники вековой борьбы между двумя ветвями христианства, пожалуй, действительно отражают, что русские оказывались жертвами агрессии, а люди Запада – агрессорами». В ходе Второй мировой войны произошло временное перестроение геополитических систем, сложившихся после Первой мировой войны. В преддверии 1 сентября 1939 г. (дата начала Второй мировой) сложилась следующая группировка геополитических сил:

 

  • Советский Союз, сохранивший геополитические устремления Российской империи (мессианская идея «Третьего Рима», перевоплощённая в идею построения социально справедливого мира на глобальном уровне, ликвидация колониальной системы, защита и развитие серединной территории Евразии – хартленда, противостояние ценностной системе морской цивилизации и Западу в целом);
  •  
  • Англо-саксонская геополитическая система как основа морской цивилизации, сохранившая в качестве внешней стратегии геополитические доктрины Х. Маккиндера и А. Мэхэна (враждебное отношение к странам континента, установка на мировое господство через покорение хартленда - России, сохранение и расширение заморских колоний, контроль на мировыми морскими коммуникациями, недопущение союза континентальных держав, Германии и России, в первую очередь);
  •  
  • геополитическая система стран «Оси» во главе с континентальной Германией, ставившая целью реализацию теории немецких геополитиков (Ф. Ратцель, Р. Челлен, К. Хаусхоффер, К. Шмитт) о государстве как живом организме, требующем в своём развитии расширения жизненного пространства вплоть до планетарных масштабов, т.е. опять же установка на мировое господство. Союзники Германии – фашистская Италия и милитаристская Япония – также разделяли немецкий геополитический подход о необходимости расширения жизненного пространства для своих стран. Но кроме Японии войны против СССР ни германские, ни итальянские геополитики не предусматривали.
  •  

 

Даже в ходе развернувшейся Второй мировой войны англо-саксы не спешили с созданием реального антигитлеровского пакта. Сын американского президента Ф. Рузвельта Э. Рузвельт вспоминает в своей книге «Мир его глазами. Из посланий Ф. Рузвельта к американскому народу»: «На все вопросы Черчилль отвечал чётко <…>, в сопротивление русских он не верил <…> Он старался внушить нам, что львиная доля ленд-лиза должна принадлежать британскому льву; что всякая помощь Советам приведёт лишь к затяжке войны… Англичане всячески старались убедить нас: как можно больше материалов по ленд-лизу – Англии и как можно меньше – Советскому Союзу».

 Такие вот союзнички. Скорее всего, англичане имели «запасной аэродром» и вели двойную игру. Недаром Р. Гесс находился на всякий случай рядом, в британской тюрьме.

 Можно констатировать, что во Второй мировой войне схватились три геополитические школы: русская, немецкая и англо-саксонская. Немецкая школа 22 июня 1941 г. была низложена Гитлером и его окружением мистиков. Сражались оставшиеся две – русская и англо-саксонская – и против немцев, и между собой.

 И в заключение о Сталине. Это – гений от геополитики, переигравший в далеко не равной борьбе своих оппонентов. Это признают генерал де Голль, У. Черчилль, Ф. Рузвельт. Не буду перечислять уже известные дифирамбы. Может быть, только стоит послушать впечатления молодого в то время де Голля о тегеранской встрече «тройки» (сам генерал не присутствовал, но внимательно за ней следил): «Сталин разговаривал как человек, имеющий право требовать отчёта. Не открывая двум другим участникам конференции своих планов, он добился того, чтобы они изложили ему свои планы и внесли в них поправки согласно его требованиям». Не высшая ли оценка геополитическому стратегу?

 Упомянутый уже М. Волошин в начале 20-х гг. прошлого столетия произнёс мощную фразу: «Престол петербургской империи был сколочен Петром на фигуру и на весь рост медного исполина. Его занимали карлики». Сталин соответствовал в полной мере медному всаднику. Таких сегодня человечество не имеет – есть только карлики.

http://mir-politika.ru/302-gitler_geopolitika.html

Интересная статья? Поделись ей с другими:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Список Хозяева мира

Список видео